ГЛАВА 9 — Подруга в гостях
Красный лифчик приехал во вторник утром. Катя забрала посылку из постамата у подъезда, распечатала коробку прямо в лифте. Красное кружево — яркое, почти кричащее — блестело в тусклом свете. Чашечки на косточках, полупрозрачные вставки, тонкие регулируемые бретельки. Она надела его сразу, как зашла в квартиру. Покрутилась перед зеркалом в ванной. Красный шёл ей — делал кожу белее, губы ярче. Грудь в нём выглядела... вызывающе. Полушария почти полностью открыты, соски угадываются сквозь кружево, ложбинка глубокая, манящая.
«С ума сойти», — подумала она. — «Как порноактриса».
Сверху накинула футболку — старую, вытянутую, которая ничего не скрывала. Красное кружево просвечивало сквозь белую ткань, соски торчали бугорками.
Она вышла на кухню. Илья сидел за столом с ноутбуком, пил кофе. Поднял глаза — и замер с чашкой у губ.
— Приехал, — сказала она.
— Вижу.
— Нравится тебе то?
Он не ответил. Просто смотрел. Долго, жадно.
— Нравится, — сказал наконец. Голос сел, стал хриплым.
Она улыбнулась и ушла в свою комнату.
В три часа позвонила Ленка.
— Кать, ты дома? Я рядом, можно зайти на полчаса?
— Заходи, — ответила Катя, лихорадочно соображая, как спрятать красный лифчик.
Но лифчик был уже на ней. И менять его на что-то приличное было поздно — дверной звонок залился трелью.
Ленка влетела в квартиру, как вихрь, такая вся яркая и громкая, но так вкусно пахнущая духами. Тащила пакет с пончиками из «Крем-кафе».
— Зачёт поставили, ура! — заорала она с порога. — Четыре! Представляешь? А эта сучка Сидорова думала, что я не сдам...
Катя вела её в свою комнату, кивала, улыбалась. Ленка говорила без умолку — то про препода, то про одногруппников и своего парня, с которым встречается две недели и уже планирует свадьбу.
— А Серёжка твой как? — спросила Ленка, развалившись на диване. — Всё на кольцо копит?
— Копит, — ответила Катя.
— Повезло тебе. Надёжный паренек-то, не то что мои козлы.
Она ела пончик, крошки сыпались на грудь. Катя машинально протянула салфетку. В этот момент дверь в комнату приоткрылась. Илья просунул голову в щель.
— Воды нет в кулере, — сказал он. — Я возьму из холодильника?
— Бери, — ответила Катя.
Он зашёл. В одних спортивных штанах. Серых, с вытянутыми коленями, низко сидящих на бёдрах. Торс голый — бледный, худой, но плечи широкие и эта линия с тёмными волосками, разбегающимися от груди к животу.
Ленка замерла с пончиком у рта.
— О, привет, — сказала она. Голос изменился — стал ниже, тягучее. — Ты Илья, да? Катин брат?
— Ага.
Он открыл холодильник, достал бутылку воды. Движения медленные и спокойные — как будто он не знает, что на него смотрят. Как будто не чувствует, как взгляд Ленки ползёт по его спине, пояснице, ягодицам.
Катя смотрела на это. И чувствовала, как внутри закипает. Илья вышел, прикрыв дверь.
— Ничего себе, — выдохнула Ленка. — А у братца твоего фигура ого-го. Почему не рассказывала?
— Нечего рассказывать.
— А девушка у него есть?
— Нет.
— А почему?
— Не знаю. Спроси у него.
Ленка задумчиво жевала пончик, глядя на дверь.
— А он ничего такой, — протянула она. — Худой, конечно, но лицо такое интересное. И взгляд... У него взгляд всегда такой голодный, да?
Катя промолчала. Внутри всё кипело. Ей хотелось схватить Ленку за волосы и вытащить из квартиры. Хотелось наорать, запретить смотреть на него и даже думать о нём.
«Что с тобой? — спросила она себя. — Ты что ревнуешь? К кому? Свою подругу? К своему брату?»
Ответ был слишком страшным, чтобы признаваться.
— Ладно, я побежала, — Ленка вскочила, чмокнула Катю в щёку. — Созвонимся. И передай брату привет.
— Передам.
Катя закрыла за ней дверь и прислонилась спиной к косяку. В комнате Ильи горел свет. Она постучала. Вошла, не дожидаясь ответа. Он сидел в кресле — уже в футболке, с ноутбуком на коленях. Поднял на неё глаза.
— Подруга ушла?
— Ушла.
— Понравилось ей у нас?
— Не притворяйся, что не заметил, как она на тебя пялилась.
Он усмехнулся.
— Заметил.
— И?
— И что?
— И тебе понравилось?
— А тебе какое дело?
Она подошла ближе. Села на край его кровати — впервые без халата, в короткой майке и трусах. Красный лифчик просвечивал сквозь тонкий хлопок.
— Мне никакого дела, — сказала она. — Я просто так спросила.
— Врёшь.
— Не вру.
— Врёшь, Катя.
Она закусила губу.
— Ещё пять тысяч, — сказала она. — Не хочешь ещё мои ну....мои...сиськи?
Он смотрел на неё. Долго, не мигая глазами просто. Потом отложил ноутбук, подался вперёд.
— Хочу, — сказал он. — Тысяча сверху — и я кончу тебе на лицо.
Она дёрнулась, как от удара тока.
— Я не...
— Не любишь? — перебил он. — А прошлый раз кто кое что у меня сглотнул?
— Ацтань!Это было другое.
— Что-то изменилось?
Она не нашлась, что ответить.
— Тысяча, — повторил он. — За то, что кончу на твоё красивое личико, сестренка. Идёт?
— Две.
— Восемьсот.
— Полторы.
— Ладно....по рукам.
Он подошел к ней и встал между её раздвинутыми коленями. Она сидела на краю кровати и смотрела на его штаны, где ткань натянулась от его возбуждения.
— Сними лифчик, — сказал он. — Хочу их увидеть.
Она завела руки за спину и расстегнула застёжку. Красный кружевной бюстгальтер сполз по её плечам и упал на колени. Её полные груди с набухшими сосками выпали в прохладный воздух. Он смотрел на них с такой жадностью, будто видел впервые.
— Ложись-ка давай.
Она легла на спину. Грудь расплылась в стороны, соски торчат в потолок. Он лёг сверху — не полностью, опёрся на локти, чтобы не давить весом. Его колено раздвинуло её бёдра шире. Его твердый член горячо упёрся ей в живот.
— Зажимай как в тот раз, — сказал он.
Она взяла грудь в ладони, сдвинула ее вместе. Соски соприкоснулись.
Он вошёл в ложбинку — резко, глубоко, почти до самого основания. Она выдохнула сквозь зубы.
— Тише, — прошептал он. — Расслабься.
Она не могла расслабиться. Всё тело было натянуто, как струна. Его член двигался между её груди — быстро и ритмично, с влажным, хлюпающим звуком. Головка каждый раз показывалась сверху, почти касалась губ.
— Смотри на меня, — сказал он.
Она подняла глаза. В этот момент зазвонил телефон. Рингтон был тот же: «Солнышко в руках». Сергей.
— Харе.Не бери, — выдохнул он.
— Нет..я не могу, — она потянулась к тумбочке дрожащей рукой. — Если не возьму —он же приедет прямо сейчас.
— Ну возьми.
Она нажала «ответить».
— Алло?
— Зайка, привет! — голос Сергея — бодрый, весёлый. — Ты чё делаешь?
— Ничего. Просто лежу.
— Болеешь что ли?
— Нет, я ну... просто... отдыхаю.
Илья ускорил движения. Член входил в ложбинку быстрее, глубже. Головка каждый раз касалась её подбородка.
— Кать, — голос Сергея в трубке. — Ты там чего замолчала?
— Здесь... В квартире... Связь плохая.
Она смотрела на Илью. В его глазах была тень его улыбки. Он любовался, как она сладко врёт. Знал и наслаждался этим.
— Я чего звоню, — щебетал Сергей. — Мама моя приезжает в субботу, столик забронировал на семь. Ты как?
— Хорошо.
— Нормально ток...оденешься? Не слишком вызывающе?
— Нормально-оо-о, ну окей!.
— Ну давай тогда.Надеюсь. Люблю тебя.
— И я тебя.
Она нажала «отбой».
Илья кончил в ту же секунду. Горячая сперма ударила толчками. Она зажмурилась, чувствуя, как липкая жидкость растекается по лицу, капает на шею, грудь.
— Блять, — выдохнул он. — Какая же ты...
— Какая?
— Шлюшка ты сестренка.
Она открыла глаза. Посмотрела на него.
— Ну может если ток чуть-чуть — сказала она.
Она не плакала. Не злилась. Просто лежала, смотрела в потолок и чувствовала, как сперма медленно засыхает на её лице.
— Ты перевод получила? — спросил он.
— Потом посмотрю.
— Я отправил если че.
— Спасибки.
— Не за что.
Она встала, прошла в ванную. Встала перед зеркалом, включила воду.
На неё смотрела чужая женщина. Растрёпанные волосы, размазанная тушь, на щеке — белое пятно засыхающей спермы. Губы припухшие, красные.
Она улыбнулась своему отражению.
«Какая же ты шлюха».
Она провела пальцем по щеке, собрала остатки, поднесла к губам.
«Да, — подумала она. — Шлюха.».
Ей это нравилось.