Глава пятая. Он вытащил фотографии из пакета, разложил на столе и стал рассматривать, искоса бросая на меня сладострастный взгляд. Состояние моё было ужасное, то, что произошло со мной до этого, казалось мелочью, теперь я шлюха, самая настоящая шлюха, и тому есть документальные подтверждения. Разум не понимал, что происходит, полностью раздавленная, растоптанная сидела за столом, не понимая, что со мной происходит и как это случилось. Падала в пропасть не в состоянии уцепиться даже за соломинку. Это сон, самый настоящий сон. Сейчас закрою глаза, открою, и всё пропадет, пропадет это ужасное наваждение, но она не проходило. День тянулся медленно, казалось, что не будет конца рабочего дня. Я сидела с переполненным мочевым пузырем, сгорая от стыда, боясь выйти в туалет. Вдруг в дверь постучали и в кабинет зашли рабочие склада: — «Федор Михайлович, мы склад закрыли. Пора денежку получить и по домам» Они зашли толпой, весело галдя, искоса бросая на меня взгляды, заставляя ещё сильнее придвинуться к столу, спрятаться за компьютер. Оголенные плечи, полуобнаженная грудь, не осталось для них незамеченным. Выдав зарплату, начал прощаться, а потом неожиданно произнес: — «Сергей Петрович и Олег Дмитриевич останьтесь на пару минут, я с Вами хочу посоветоваться» Моё сердце сжалось от нехорошего предчувствия, бешено заколотилось. Когда все вышли, он попросил их сесть. Небрежно достал из сейфа мои фотографии и бросил на стол: — «Посмотрите, … какая сучка у нас работает …» Они рассматривали их, недоуменно бросая на меня взгляды. Им было трудно поверить, что такая гордая, красивая женщина предстала перед ними в совершенно ином виде. — «Встань, подойди сюда, … покажись ребятам …», - издевательски произнес он. Ноги не слушали. Встать из-за стола и выйти, было выше моих сил. Я склонила голову, вжалась в стул. — «Ты, что оглохла? Не слышала, что я сказал!», - властно, не терпящего никакого возражения продолжил он. — «Или ты хочешь, чтобы я … позвонил?» Я всеми частичками своего тела ощущала сексуальную напряженность в кабинете. Они молчали, с любопытством, смотря на меня. От дальнейших моих действий зависело всё! — «Сейчас встану, выскочу из кабинета и убегу. Будь что будет!», - пронеслась в голове отчаянная мысль. — «Олег, закрой дверь на ключ», - прервал тишину кабинета Федор Михайлович, словно угадал мои мысли. Олег встал, повернул в замке ключ, положил его в карман. Замок щелкнул, прикрывая возможность отступления. Моё сердце отчаянно заныло, пути отступления были отрезаны, всё подготовлено для очередного насилия надо мной. — «Тебя долго буду упрашивать?», - сказал начальник, беря в руки телефон и набирая номер. Тихо в кабинете раздались протяжные гудки набранного телефона, страх наказания, ужас сжал сердце. Сейчас он приедет сюда, и перед всеми будет издеваться надо мной, а они будут смеяться, видя мои страдания! — «Не надо, … не звоните …», - слетело с дрожащих губ, и я медленно начала подниматься из-за стола. — «Вот так бы и сразу!», - довольный произнес он, с чувством своей значимости посмотрев на сотрудников. Я стояла перед ними, стыдливо одергивая подол платья, но он не мог закрыть стройные, красивые ноги, так соблазнительно выставленные перед ними. — «Платье снимай, сука!», - продолжил он, в упор, глядя на меня. — «Пожалуйста, … не надо, … прошу Вас …», - беззвучно лепетали мои губы. — «Снимай, сука!», - с нетерпением прорычал Федор Михайлович, беря в руки телефон. Словно во сне, захватив край подола, начала снимать платье через голову. В кабинете повисла зловещая тишина, платье, как при замедленной съемке, покидало стройное женское тело, оголяя бритый лобок, плоский животик, красивую грудь. Они смотрели и не видели человека, видели только кусок мяса, объект похотливой страсти. Трудно было поверить, что ещё вчера они смотрели на меня с тайным желанием, видя недоступность, а сейчас я голая, доступная стою перед ними. Стояла, ожидая следующего этапа глумления, стыдливо прикрывая выбритый руками лобок, грудь! Зловещая тишина висела в кабинете, прерываясь жужжанием мух. Три пары глаз обследовали женское тело, стыдливо выставленное перед ними. — «Руки убери, повернись, пусть мальчики посмотрят на твои прелести», - словно удар грома разорвал тишину голос Федора Михайловича. Опустив руки, уставившись в пол, с залитым лицом краской, сгорая от стыда, стала медленно поворачиваться, показывая себя со всех сторон. Тупое безразличие охватило меня: — «Сволочи, подонки! Животные! В Вас нет ничего человеческого!», - мелькали мысли в голове, а слезки маленькими ручейками струились по щекам. Они в страхе смотрели на меня, до конца не веря, что всё это происходит в реальности, а я как заводная кукла вращалась, не способная без команды остановиться. Я не была женщиной, я была набором соблазнительных частей женского тела, которые не принадлежат мне, а созданы для развлечения мерзких, бесчувственных животных! Мои слезы унижения не вызывали у них жалости, а только распыляли похоть! Что могла противопоставить им нежная, слабая, беззащитная женщина! — «Я просто в шоке! Мне казалось, что Галина Николаевна и шлюха, это не совместимые вещи. Для меня Вы были идеалом целомудренной женщины, в мечтах я желал иметь такую жену…», - донесся до меня голос Олега. — «Олег, больше не называй её «Галина Николаевна»», - оборвал его Федор Михайлович и стал рассказывать в подробностях всё то, что говорил ему Михаил. Две пары рук начали бесстыдно обследовать доступное женское тело, а я безропотно стояла, опустив голову, позволяя глумиться надо мной. Тупое безразличие охватило, не позволяя выразить хотя бы малейшее возражение их действиям. Чьи-то пальцы раздвинули ягодицы, нагло пролезая между ними, надавили на анальное отверстие, стараясь проникнуть внутрь. Я вскрикнула: — «Не надо … туда, … мне больно …» Дмитрий, такой порядочный, воспитанный, мужчина прошипел: — «Успокойся сука, я не буду лишать тебя здесь девственности!» Переполненный мочевой пузырь, не дающей мне покоя, после их обследований моего тела, с новой силой дал о себе знать. Казалось ещё мгновение, и я не в силах буду удержать его содержимое. — «Я хочу … писать, … отпустите меня …», - прошептали губы. Они засмеялись. Олег взял мусорное ведро, поставил посередине кабинета: — «Давай, не стесняйся!» Тоненькая струйка мочи, как бы нехотя, стала просачиваться, стекать по внутренней стороне бедра. Не в силах больше терпеть, я закрыла глаза, некрасиво расставила ноги, присела над ведром и тугая струя ударила, разнося по кабинету ужасный шум, раздавливая, превращая меня в самое обыкновенное животное. — «Ну, кто будет первым?», - через пелену безразличия донеслось то меня, когда я выпрямила ноги, отставила ведро в сторону. Мне было всё равно. Ощутив животом холодную поверхность стола, я почувствовала, как головка члена, прошлась по расщелине между ягодицами, упёрлась в валики половых губок, разводит их, опускается ниже, изменяет угол, проникает внутрь животика. Неожиданно для меня, она проскочила свободно и совершенно безболезненно, словно я была обыкновенной текущей сучкой в своре собак! А рядом стояли кабели, ожидая своей очереди! Меня насиловали яростно, зло, стараясь вогнать член, как можно глубже. Но моё влагалище воспринимало его спокойно, видимо привыкшее за ночь к ужасному члену Михаила. Неожиданно член выскочил их влагалища, меня потянули за руку, заставили подняться со стола, развернули, поставили на колени. Лицо уперлось в пах. Липкая, покрытая слизью головка уперлась в губы, они безропотно приоткрылись, пропуская её внутрь. — «Жопу подними», - услышала голос Олега, его руки обхватили за талию, заставили приподняться с колен, стать, не выпуская член из-за рта, отставить попку. Присев в коленках, он ввел в меня свою плоть. Если бы ещё вчера я подумала, что меня двое мужчин будут одновременно насиловать, а я стояла, безропотно перенося всё это, то разум, скорее всего бы не выдержал. Дмитрий схватил за волосы, сильно притянул к паху, головка уткнулась в горло, закрывая доступ воздуха. Рвотные порывы перехватили горло, порции мерзкой, отвратительной спермы ворвались в него. Я закашлялась, сперма вперемешку со слюнями потекла по губам. — «Глотай, сука, глотай», - с ненавистью зарычал насильник. И я глотала, выскальзывающую из-за рта сперму, чувствуя, как член уменьшается в размерах, покидает меня. Смотря друг на друга, возбуждаясь от увиденного, доступности самки, они попеременно долго насиловали меня. Рот, влагалище я совершенно не ощущала. Растерзанная, с разбухшим, возбужденным влагалищем, измазанная вся в сперме с головы до ног, я лежала на столе, когда услышала, как они обессиленные оставили меня в покое: — «До свидания, Федор Михайлович, спасибо за подарок! До понедельника!» Сил подняться, встать не было. Безразличие, что происходит со мной, охватило всё тело. — «Ох, как они обработали тебя! Молодцы! Жалко, что нет фотоаппарата!», - с каким-то злорадством произнес начальник, стоя напротив меня, видя разбросанные в стороны ноги, растерзанное влагалище, истекающее соками вперемежку со спермой. — «Вставай, что разлеглась сука! Рабочий день закончился!», - продолжал он. *** На остановке никого не было, я облегченно вздохнула, хоть здесь меня никто не увидит в таком одеянии. Я стояла, ждала, но автобуса не было. Вдруг подошли два парня. Они стояли в стороне, посмотрели на меня и о чем-то говорили. Не вызывало никакого сомнения, они говорили обо мне. Вызывающее платье, вид растерянной, доступной женщины, возбуждал их воображение. — «Ты посмотри, какая шлюха», - донеслось до меня. — «Да это же Галина, у Федора Михайловича работает», - возразил другой. — «А что, шлюхи не могут работать?» Постояв, немного они двинулись в мою сторону. Сердечко сжалось от нехорошего предчувствия. Я потянула подол платья вниз, стараясь прикрыть обнаженные ягодицы. — «Откуда такая лапочка», - произнес один из них, подходя ко мне. — «Мальчики, … не трогайте меня, … я еду домой …», - без всякой надежды на пощаду, произнесла я. — «Все домой едут», - парировал он. Они обступили, оттесняя к стене остановки: — «Пожалуйста, … не надо…» — «А чего, ты такая красивая здесь ходишь», - обнял за талию, один из них. Его рука скользнула ниже, прошлась по ягодицам: — «Серега, я же тебе говорил, что она без трусов» — «Отпустите, … пожалуйста, …не надо …» Но его рука уже бесстыдно лазила под подолом, открывая для обзора ягодицы. Другой рукой он нагло потянул за верх платья, обнажив грудь. Слезы потекли по щекам: — «Мальчики, … прошу вас, … не трогайте меня … я порядочная, … не шлюха …» — «Вижу, какая ты порядочная», - произнес он, бесстыдно трогая грудь и шаря рукой по попе. Подол платья задрался, не желая опускаться вниз. Его рука лезла в расщелину между ягодицам, разводя их в стороны. Слезы текли по щекам: — «Пожалуйста, … не надо … не трогайте меня …» Но мои мольбы только заводили его. Вдруг из-за поворота показался автобус. — «Не дергайся, поедем на следующем», - произнес он, ещё сильнее прижимая к стенке, не давая возможности вырваться. Да и куда я могла вырваться? В переполненный автобус с оголенным задом и обнаженной грудью. — «Ну, не надо … прошу вас … не трогайте … я домой еду …», - прошептала, чувствуя его пальцы на промежности. — «Смотри, она уже потекла. Ну, ты и слабая на передок, сучка», - зашипел он, раздвигая половые губки и проникая между ними. После перенесенного изнасилования сотрудниками, сил сопротивляться, совершенно не было. Распухшее, возбужденное, раскрытое влагалище, источало соки вперемешку со спермой. Я молила его, оставить меня в покое, стыдливо отводя глаза от автобуса, слыша, как он отъезжает от остановки. — «Вот теперь нам никто не помешает», - произнес он, еще выше, задирая подол. Он начал разворачивать меня спиной к себе, одновременно расстегивая ширинку. Твердая плоть коснулась ягодицы, прошла по расщелине, начала спускаться вниз. — «Пожалуйста, … не надо …отпустите … меня …», - шептала я, не предпринимая никаких усилий к сопротивления, не зная на что надеясь. Член коснулась расщелины между половыми губами. Там было влажно от выделений и спермы. Головка, не встретив никакого сопротивления, надавила на вход влагалища, но проскочить внутрь не смогла, уперлась в него. — «Не … надо … отпустите …», - сквозь слезы шептала, чувствуя давление чужой плоти. — «Наклонись сука, ты что так и будешь столбом стоять», - зло произнес он, надавив на плечи, заставив наклониться, подставить зад. По протоптанной дорожке, он сразу вошел в меня. Я всхлипывала, молила пощадить, а парень молча двигал бедрами, вгоняя член в глубину животика. Слезы текли по щекам, грудь, болталась в такт его движениям, робкая мольба о пощаде слетала с уст. Как обыкновенную сучки, меня опять трахала стая кабелей, с нетерпением ожидая своей очереди. Второй, видя такую доступность женщины, подошел ко мне спереди, расстегнул штаны и ткнул головкой члена в лицо: — «Соси сука!» — «Не ... надо … отпустите …», - но член коснулся губ, заставив меня замолчать. — «Рот открой», - зло сказал он, беря меня за волосы, толкая голову, навстречу члену. От боли я вскрикнула и в этот момент головка оказалась у меня во рту. Он покорно принял его, позволяя двигаться внутри. Они с двух сторон двигали во мне своими членами, больно мяли грудь, заставляя издавать легкое постанывание. Вдруг во влагалище член задрожал, начал судорожно сокращаться и поток спермы потоком хлынул в меня. Полностью разрядившись, он начал медленно сокращаться, выскальзывая из него. — «Шлюшка, ты классная!», - произнес он, вытирая член о подол платья и заправляя его в штаны. — «Серега, ты скоро, а то автобус сейчас придет», - начал торопить он друга. Но Серега никак не мог кончить. Желая ускорить процесс, он вытащил из меня член и не давая разогнуться, держа за волосы, начал правой рукой быстро двигать по стволу. Не прошло и минуты, как брызги спермы оросили лицо. Он покрякивал, брызгая на лицо, открытую грудь, платье. — «Коля, ты прав, шлюха, неплохая! Жалко, что дома семья ждет, а то бы ещё покувыркались. Оближи, а то, как я грязный поеду», - произнес он, подставляя член. Я покорно, взяла его в рот, облизав остатки спермы. — «Какие, шлюхи, пошли, никакого уважение к себе. Фу, гадость, какая», - услышала за спиной женский голос. — «Бабушка, не обижайся на неё. Такие девочки нужны, семья будет крепче!» — «Да я вас не осуждаю, вы были кабелями, кабелями и останетесь, а она. Она же женщина!» Не поворачивая, я, одергивая подол платья, стараясь прикрыть свою наготу, заскочила за остановку, а они сели в подошедший автобус. Я достала из сумочки носовой платок, вытерла лицо, грудь, платье, промежность от липкой противной спермы. Постояв немного и придя, в себя, убедившись, что на остановке никого нет, села на лавочку. Ноги дрожали, внутри всё дрожало от пережитого изнасилования. Подол платья задрался, обнажив лысый лобок. Я с укоризной посмотрела на него. Из-за поворота показался автобус. Он был, как обычно полный. С трудом втиснувшись в него, я стояла на ступеньке. На следующей остановке стояла группа молодых ребят. Дверь открылась, и они начали, расталкивая пассажиров пролезть в него. — «Девушка, проходите, что вы стали на проходе. Все же хотят ехать» Один из них прижался ко мне, начал толкать внутрь автобуса. Я почувствовала, как подол платья, начал предательски задираться, обнажая ягодицы. Из-за тесноты в автобусе, я не могла его одернуть. Вдруг я почувствовала прикосновение руки к промежности. Желание закричать, завыть, попросить о помощи, от чувства стыда я не могла. Чем больше молчала, тем наглее становились пальцы. На следующей остановке, стало немного свободней, люди начали выходить, и мне удалось подняться со ступенек, стать на задней площадке, уткнувшись в грудь крупного мужчины. — «Какая прелесть, произнес он», - двумя руками обнимая меня, обхватывая руки. Он прижал меня, не давая возможности пошевелиться, а чья-то рука всё наглее лазила между ног. — «Без трусов она и вся мокрая. Хоть сейчас её трахай», - донесся до меня шепот, и я почувствовала головку члена, раздвигающую расщелину между ягодицами. — «Отпустите меня, … мне надо выходить …», - взмолись я, как только автобус начал тормозить перед остановкой. Это была не моя остановка, но больше находиться в автобусе я не могла. По обе стороны дороги тянулся лес. Вместе со мной никто не вышел. Автобус тронулся, проехал несколько метров и из него выскочили четыре парня. Сомнений что они по мою душу у меня не было. Я бросилась в лес. Ветки хлестали по лицу, бежала, не разбирая дороги. Запыхавшись, я остановилась. Погони за мной не было, я облегченно вздохнула. — «И куда мы это так быстро бежим», - раздался над ухом мужской голос, и крепкая рука схватила за плечо. — «Ребята, не надо, … прошу вас …», - обернувшись, увидела четверых парней из автобуса. Тот, который держал меня за плечо, усмехнулся: — «Сама дашь или нам просить тебя надо» — «Ребята, … пожалуйста, … не …», - но пощечина по лицу не дала закончить. Слезы покатились из глаз, а он начал задирать подол, поднимая его до талии, обнажая грудь, и повернувшись к друзьям, произнес: — «Кто первый хочет?» Насиловали они долго, попеременно меняя друг друга. Казалось, этой карусели не будет конца. Я лежала на траве с платьем на талии, практически полностью обнаженная, совершенно без чувств. — «Понравилось? Если что, звони, мы всегда рады будем тебя трахнуть. Дорогу до остановки найдешь?», - сказал один из них напоследок, и они углубились в лес, не дождавшись от меня ответа, прихватив с собой деньги из сумочки. Вытерев листвой следы спермы на теле, я пошла на шум автомобилей. Денег ехать на автобусе у меня не было. — «Остановлю машину и расплачусь дома», - решила я. Только подойдя к трассе, как остановился автомобиль: — Тебе куда красавица?» Я назвала адрес. — «Садись, мне по пути» Сев на заднее сидение, я произнесла: — «Только извините меня, я с вами рассчитаюсь дома. У меня с собой нет денег» Он посмотрел в зеркало заднего вида, потом повернулся, глянул на меня, не веря своим глазам. Из-под подола, задранного платья, виднелся лысый лобок. — «И сколько ты берешь за час?», - неожиданно спросил он. — «Вы… не за ту меня принимаете. Я, … я … еду … домой …», - испуганно прошептала я. — «Всё мы едем домой. Так что ты валютой берешь, но извини, валюты у меня нет», - произнес он, сворачивая в лес. — «Что вы делаете, не надо, … я не хочу, … мне надо домой …», - как-то неуверенно прошептала я. — «Не бойся, довезу я тебя домой. Ты хоть чистая, заразы, не какой от тебя не подцеплю?» Сама мысль, что я могу быть больной венерической болезнь, возмутила меня: — «Что вы такое говорите, … какая зараза … я …» — «Вот и хорошо, я тебе верю», - не дал закончить он. Отъехав метров двести в глубину леса, он остановил машину: — «Будешь раздеваться или так?» После стольких изнасилований что-то возражать ему не имело смысла. Я промолчала, подумав про себя: — «Одним мужиком больше, одним меньше, какая разница, зато он довезет меня домой» — «Значит так! Ну, давай так. В машине или на природе?» Я не ответила ему. — «Давай в машине, ноги подними» И я подняла ноги, давая возможность откинуть передние сидения. Водитель был неутомим. Закончив один раз, во влагалище, он немного полежал, предложил мне взять в рот. Я безропотно выполнила его просьбу, проглотив семя. — «Ты прямо секс-бомба», - натягивая штаны, констатировал ценитель женской красоты. — «А телефончик есть, я тебе позвоню, уж больно ты понравилась» — «Извините, нет», - соврала я, выходя из автомобиля и заскакивая в подъезд. Конец пятой главы.