- Я не шлюха? Тогда кто же я?
— Абсолютно нормальная и здоровая женщина, у которой совершенно нормальные желания - получить удовольствие самой и сделать приятное близкому человеку. Как только у тебя появилась возможность реализовать эти желания, ты ею воспользовалась.
— Подставлять жопу жениху своей племянницы, это нормально?
— Разумеется! Ты встретила приятного парня, который явно способен обеспечить свою избранницу и позаботиться о потомстве. Разумеется, ты захотела получить его для себя или своей дочери. Форма, в которой ты выразила своё желание мне не понравилась, но само стремление вполне похвально. Именно этим, ты мне сразу стала симпатична. Именно поэтому, я согласился… прогуляться с тобой.
Люда озадаченно смотрела на меня.
— Ещё никто не называл меня нормальной…
— Хорошо, постарайся убедить меня, что ты шлюха… и как там тебя ещё называли? Нет, во время секса я и сам могу тебя называть… Знаешь, почему я так откровенен с тобой и не опасаюсь, что ты начнёшь сплетничать или расскажешь сестре?
— Не начну… - убеждённо проговорила Люда. – Подожди, а почему?
Потому что, когда убедишь человека, что у вас есть общая тайна, он проникает к тебе симпатией, и хранит эту тайну, как свою собственную.
— Потому что ты встретила человека, который смотрит на мир твоими глазами. Без всего того лицемерного вранья, в которое погрузились окружающие. Нет хорошего и плохого. Есть эффективное и бесполезное, - кажется, я перебрал с цинизмом, но женщина пожирала меня влюблённым взглядом, и огрехи в логике не смогла заметить. – Единственная проблема, ты смирилась со своим положением. Покорилась общему мнению…
— Да, я смирилась, - еле слышно пробормотала она. – Те скандалы, что я закатываю…
— Как истерика маленького ребёнка, в попытки привлечь внимание родителей, - я ободряюще обнял её за плечи. – Мы когда-то поедим?
— Точно! Всё разговоры, разговоры… - мы уселись на неудобный ствол, за накрытую тряпочку.
Люда старалась держать спину прямой и бесстыже разводила колени. Я откровенно разглядывал её тело, иногда посматривая в глаза и довольно улыбаясь. Её грудь действительно сохранила упругость, а мясистые нижние губки, с которых быстро высохли капли воды, покрывались естественной влагой.
— Я действительно… такая красивая? - улыбнулась она.
— Очень! И дело не только в твоей физической красоте.
— Ты можешь представить меня… своей женой? – при этих словах, она опустила глаза и покраснела.
Для женщины, только что давшей в задницу, и сидящей сейчас с мокрым влагалищем… это так естественно…
— Разумеется. И не просто женой. Ты уже родила здорового ребёнка. Вполне можешь выносить ещё двоих-троих… - я уже мог не опасаться отпугнуть её цинизмом.
— Я очень крепкая! Молока у меня много было. У Светки со здоровьем, никогда проблем не было… Давай, я тебя с ней познакомлю! – она с надеждой во взгляде подняла на меня глаза.
Женщина на многое была готова, и вовсе не ради драгоценностей и денег, а ради простого семейного благополучия. Пристроить дочь, обзавестись потомством, не переживать за своё будущее… Какая она простая, незатейливая… милая…
— Видишь, как приятно что мы можем общаться открыто, не боясь получить оскорбление?
— Мне нравится! Если ещё захочешь меня, можешь просто сказать!
— Могу ещё проще – взять!
— Так даже лучше! Куда ты хочешь? Можем повторить, в другой позе…
— Я с тобой ещё не рассчитался. Настало время третьего поцелуя! Ложись на спину!
— Поцелуй туда? О-о-о… Ты собираешься мне… там… - почему-то женщина растерялась.
Надеюсь, у неё нет никаких предубеждений или заболеваний.
— Просто это… - забормотала она. - Я не хочу тебя унизить…
— О чём ты? Мне хочется сделать тебе приятно, отблагодарить! Если тебе такое не нравится, я не буду…
— Нет мне бы хотелось попробовать! У нас считается… Ну, что это…
— Догадываюсь! Самое унизительное для мужчины?
— Да, совсем! Я подумала…
— Мы только что об этом говорили. Я хочу вылизать пизду моей женщине, и мне плевать, что весь мир об этом думает.
— Я очень хочу! Я думала о таком! Пожалуйста, сделай!
Она суетливо раскинула платье, улеглась на спину и широко раскинула ноги. Не хватает одной детали… Я скатал свою одежду и подсунул ей под бёдра. Теперь, на что мне лечь самому? Скинув остатки еды в корзинку, я разложил тряпочку в самом важном для себя месте и устроился над распахнутой промежностью. Несмотря на обильную влагу в промежности, запах выделений был едва уловим. Начав с нежных касаний губами, постепенно задействовал язык, то погружая его в глубину, то возвращаясь к набухшему клитору. Поначалу женщина старалась сдерживаться, но очень скоро она визжала и верещала, судорожно дёргая бёдрами. В нужный момент я погрузил в мокрую дыру два пальца, собираясь довести её до оргазма, и в этот момент всё закончилось.
Не верю женщинам, которые уверяют что минет их заводит. Для меня, кунилингус всегда был муторным и ответственным мероприятием. И судя по восторженным стонам, всё прошло успешно.
— Бля… Это было лучше, чем в моих мечтах! – Люда продолжала лежать с дурацкой ухмылкой. – Я, когда порнушку смотрела…
Она осеклась.
— Все смотрят порнушку, не парься! Я тоже её смотрю.
— Хорошо, а если я признаюсь, что меня возбуждало… как одну женщину… сразу втроём-вчетвером… - она лукаво посмотрела на меня снизу-вверх.
— Можно получить в три раза больше удовольствия. Конечно, тебя должно такое возбуждать! Не понимаю, в чём мужикам интерес - друг о друга тереться, но женщину могу понять.
— Помоги мне подняться, - она протянула руку.
Одевшись и собрав вещи, мы направились домой.
— Если я стану… твоей… - Лида не стала договаривать фразу. – Я же не стану твоей единственной… женщиной?
— Если ты познакомишь меня с дочерью и, если она мне понравится, мы будем заниматься сексом с ней вместе. Когда я скажу о тебе Зине и Вася, мы будем заниматься сексом с ними… - вот, этот момент, ещё надо продумать. - Так мы можем получить гораздо больше удовольствия и лучше понимать друг друга.
— Тебя не волнует, что я не лесбиянка?
— Это придуманное ограничение, - я улыбнулся. – Тебе же понравилось, как я вылизывал? Представь, когда это будет делать женщина, которая лучше знает, как там у вас устроено. Но, я не собираюсь заставлять тебя что-то делать. Мне неинтересны безотказные рабыни. Такие, не смогут воспитать достойных детей.
— Ты серьёзно… Насчёт детей?
— Я никогда не строю планы, которые могут быть разрушены. Я определяю цель и пути её достижения. Ты мне очень понравилась, как личность. Думаю, если я выберу в жёны Василису, буду рад завести детей и с тобой. Опять же, если ты сама этого желаешь…
— Я желаю! Очень желаю! Всё, что ты говоришь так непривычно, но кажется таким правильным. Может, иногда ты будешь меня заставлять... если мне что-то не очень хочется?
— В сексе – пожалуйста. Вот и пришли, - мы остановились у калитки. – Надеюсь прогулка, к которой ты так готовилась, тебе понравилась.
— Ты понял, что я приготовилась?
— Да, и сложила корзинку. Наверняка, там были и презервативы.
— Вот! – Люда извлекла пару блестящих пакетиков. – Мне показалось, тебе больше хочется в попку…
— Я же говорил, ты невероятная женщина! – меня бы устроил и традиционный секс, но глупо упускать повод для комплимента. - И ещё, я догадался, что ты не сама приготовилась…
Люда опустила глаза, и кажется, смутилась по-настоящему.
— Да-а-а… Светка дома… Она заметила тебя, и сказала… получше познакомится с тобой…
— Мне нравится, что ты такая послушная мама, - я обнял её за талию.
— Ну-у-у… Мне самой хотелось… познакомиться…
— Ты расскажешь ей обо все подробностях нашего знакомства?
— Ещё не знаю, - Люда вздохнула. – Не думаю, что мне… будет приятно признаваться…
— Тебе будет приятно, - заверил я женщину. – Мы делали то, что нам обоим понравилось. Не стоит этого стыдиться.
Поцеловав Люду на прощание в щёчку, я отправился домой… Домой? Хм-м-м… Неужели, у меня действительно появился дом?
И насчёт детей… Я говорил женщине то, что она хотела услышать. При моей работе – дети, это чудовищная уязвимость. Гораздо проще поразвлекаться и раствориться в утреннем тумане. Возможно, даже не попрощавшись. Ложь, которой я всегда окружал себя, и которая делала меня неуязвимым начинала превращаться в реальность. Эти люди так бесхитростно и наивно воспринимали её, что мне становилось неловко. Разоблачить себя, или начинать соответствовать созданному мною образу? Или, сесть и уехать, пока ещё всё не зашло слишком далеко. Но, собираюсь ли я возвращаться к работе? Если нет, то зачем уезжать?