— Через три дня когда твоя мама Костя, перестала ходить в раскорячку, после той ночи с армянами у меня дома. К нам днём в магазин заехали Баграм с Арменом, как раз был обеденный перерыв. Я им мясо для шашлыков приготовила, а они нас в подсобке троих, вдвоём одели на свои длинные " шампуры". - засмеялась довольная своей шутке Люба.
Двоюродная тётя сидя со мной на кровати, сделала мне минет, а я в ответ вылизал у неё влагалище, лёжа на животе между раздвинутых ножек маминой сестры. И вдогонку засадил тётке " по офицерски", задрав её красивые длинные ноги к себе на плечи.
Эту развратную позу Люба мне сама показала, ведь я и не предполагал, что так можно сношать женщину.
— Они, что внаглую пришли днём к вам в магазин и выебли мою мать, тебя Люба и бабу Веру? - удивлённо переспросил я у тётки сидя с ней за столом на кухне. - после хорошей " разминки" на кровати, утолив на время друг у друга жажду страсти, мы с Любой выпили водки и ели жаркое из говядины.
Пока я перекуривал, тётка нарезала тонкими ломтиками говяжью вырезку принесённую из магазина, отбила её деревянным молотком на доске. И быстро поджарила на сковороде отбивные из говядины.
— Ну не пришли, а приехали племяш. У Армена белая " Волга" была. Со двора к магазину заехали, чтобы машину с улицы не видно было. А я их через заднюю дверь в подсобку впустила. Но мне тогда мало " досталось", всего один раз с Баграмом на стуле перепехнулась. А вот Ивановну с Сергеевной, как следует в жопы продрали и не один раз. Мне пришлось за вазелином в соседний промтоварный магазин бегать. - смеясь сказала тётка, садясь голой попкой ко мне на колени.
Выпив водки и основательно подкрепившись жарким из говядины, голая тётя сидела у меня на коленях , поздно вечером, находясь в своей уютной квартире на втором этаже в старой хрущёвке, возле городской бани.
Люба курила сигарету обняв меня за шею рукой и стряхивая пепел в пепельницу на столе, рассказывала как их ебли армяне в обеденный перерыв в подсобке " пятого" магазина.
— А бабу Веру как они уговорили? И тоже её в жопу как и мою мать трахали? - спросил я у тётки, глубоко затягиваясь сигаретой от возбуждения.
Я придерживал рукой за талию сидящую у меня на коленях мамину двоюродную сестру и куря сигарету, слушал её откровенный рассказ об том, чем моя добропорядочная мать, степенная замужняя дама Нина Ивановна, занималась в обеденный перерыв у себя в магазине.
— Эта Вера Сергеевна, моя родня, блядь из блядей, её и уговаривать особо не надо было. Баграм с Арменом заплатили им хорошо за то, что в жопу их будут пороть. И после бутылки коньяка, которую мы выпили на пятерых, Нина с Верой сняли с себя трусы и легли животами на мешки с сахаром. Армен твою мать Костя в задний проход драл, а Баграм засаживал в жопу Вере. А я на " шухере" стояла, смотрела в окно чтобы к магазину никто не подъехал, могли в обеденный перерыв товар из области привезти. - закончила свой рассказ Люба, ерзая попкой у меня на коленях.
После слов двоюродной тёти, у меня встал колом член, только от мыслей о том, что мою уважаемую мать, ебли в обеденный перерыв в магазине, заезжие в наш город армяне.
И даже на миг представил себе подсобку " пятого" магазина, мешки с сахаром и лежащих на них животами мою мать, заведующую Нину Ивановну и старшего продавца Веру Сергеевну.
Обе почтенные женщины были без трусов и бестыдно выставив кверху свои белые голые жопы , застыли в приятном ожидании когда их начнут ебать в задние проходы, загорелые и волосатые армяне.
— Баграм с Арменом больше месяца у нас в городе на рынке торговали, а потом уехали к себе на родину в Армению. И всё это время, они частенько заезжали к нам в магазин в обеденный перерыв. А после работы, увозили нас троих на своей " Волге" на природу и там ебли. Летом ведь дело было. А когда они уезжали в Армению, один из армян пожилой Армен, звал твою мать Костя с собой. До того ему она понравилась, что он даже жениться на ней хотел. Но Нина отказалась. - тётка слезла с моих колен и взяв меня за руку повела за собой в зал на кровать.
После её рассказа как их ебли армяне, член у меня стоял колом и развратная тётушка этим воспользовалась.
— Я тебе сейчас дам немного в попу, чтобы ты имел представление об этом племяш. Но только весь мне его в неё не засовывай Костя. У меня в попке геморрой и мне будет больно. - сказала Люба, держа в руках тюбик с вазелином.
Когда мы зашли с ней в зал, тётка порылась в бельевом шкафу и к моему удивлению, взяла там вазелин.
— Представляешь Кость, после того как те армяне уехали, твоя мама мне жаловалась, что не хочет теперь заниматься обычным сексом с мужчинами, а ей больше нравится в попку. Подсадили Ивановну плотно на анал, Баграм с Арменом. - смеясь говорила мне Люба, густо намазывая мою залупу вазелином.
А у меня аж член от предстоящего таинства задергался. Ведь то чем я сейчас буду заниматься с двоюродной тётей, а вскоре возможно и с мамой, было не совсем обычно и являлось извращением. Засовывать член женщине в задний проход, в то место которым она ходит в туалет, для меня было шоком.
— Ну вот, вроде всё дорогой. Другому бы не дала, а тебе дам Костя, потому что люблю, и ты будешь моим мужем. - сказала Люба, закончив мазать мне член вазелином, изведя на мою залупу, наверное половину тюбика смазки.
Тётя полезла на кровать и встав на ней на четвереньках, нагнула голову к подушкам, выпятив кверху свою небольшую словно футбольный мячик попку.
— Давай племяш, но только тихонько Костя, не делай мне больно милый. - Люба повернула голову от подушек ко мне, а её глаза выражали страх.
Мамина двоюродная сестра и хотела дать своему племяннику попробовать с ней анальный секс, но в то же время боялась, что ей будет больно из за геммороя у неё в заднем проходе.
— Аааа, оооййй, тише, тише плямяш, я же тебя просила только головку мне в неё всунуть, а ты на весь загнал. - сквозь стоны выговаривала мне Люба, стоя "раком" на кровати вцепившись руками в её спинку.
А я находясь позади неё, придерживал тётушку руками за бедра и тихонечко её ебал в задний проход, испытывая от этого очень приятные ощущения, гораздо приятнее, чем обычный секс во влагалище.
— Я же тихонько тётя, потерпите немного, ааа, ооойй. - успокоил я мамину сестру, размеренно ебя её в жопу .
Изначально я и не хотел ей засаживать глубоко в задний проход. Встав на четвереньках позади Любы, я одной рукой раздвинул половинки её пухленькой жопки, увидев перед собой тёмно-коричневое тётино очко, надавил на него покрытой вазелином залупой и осторожно всунул в него головку.
Тётка почуяв мою залупу в своем заднем проходе, заводила жопой словно пытаясь высвободиться, но тем самым ещё глубже насадилась анусом на мой член. И мне ничего не оставалось делать, как придерживать двумя руками мамину двоюродную сестру за бедра, тихонечко толкать член ей в задний проход.
— Ой, Кость, кончай быстрее, мне больно милый. - попросила Люба, стоя на коленях на кровати, держась руками за её спинку, повернув голову в мою сторону.
Чувствуя приближение скорого оргазма, я уже не сдерживал себя и засаживал тёте на всю длину, вгоняя член ей в тёмно-коричневое очко до яиц.
Совершая быстрые, возвратно-поступательные движения, придерживая мамину сестру руками за бедра, не давал ей соскочить с моего члена, как она возможно хотела. И вскоре кончил, впрыскивая в прямую кишку двоюродной тёти, порции молодой и жирной спермы, очень полезной для женщин в возрасте.
А ебать в жопу приятнее чем в пизду. Не зря армяне русских баб предпочитают туда сношать? Подумал я заканчивая спускать в горячий и узкий задний проход любимой тёти.
— В следующий раз племяш, я сама тебе на член попкой сяду. А то ты мне его на весь загнал. - говорила тётка, моя мою залупу в ванной тёплой водой.
А на ней был непривычный желто-белый налет, я достал маминой сестре до кишок, и я чувствовал как моя залупа упиралась в глубине заднего прохода у тёти, во что-то твёрдое.
— Я думала больно будет. А оказалось только немного поначалу, когда ты мне его на весь туда всунул Кость. Потом боль прошла, но и приятно не было. Не понимаю как твоя мать от анала кончает? - сказала Люба, сидя со мной на кухне.
Тётя выпила водки и закусив её жареным мясом, расслабленно курила, отходя от болезненного для неё секса в задний проход. Я от водки отказался, мне в данный момент хотелось выпить пива, две бутылки которого стояли у тётки в холодильнике.
— Я не верю тётя что Нина мне даст. Даже в голове подобное не укладывается. - сказал я Любе, усаживая молодую женщину к себе на колени.
Мне жутко понравилось трахать её в попку, но кайф был не полный, из за того, что самой Любе было больно и она не испытывала удовольствие вместе со мной. Другое дело её толстожопая двоюродная сестра, которая подсела на анальный секс и получает от него удовольствие.
Я только представил себе на месте Любы свою мать Нину, стоящую раком на кровати, и её белую, толстую жопу. И у меня начал вставать член.
— Блядь, я же тебе русским языком сказала, что завтра приведу сюда твою мамашу и ты её трахнешь. Её давно уже никто не ебёт. Она мне сама говорила, что от недоёба, у неё низ живота начал болеть. Даже отцу твоему хотела дать, но у него на неё не встал, сколько Нина ему не дрочила. Совсем спился Толик, а раньше нормальный мужик был. Так, что тебе Костя, предстоит завтра свою мать " лечить", а иначе она может серьёзно заболеть. - тётка встала с моих колен, обхватила рукой меня за член, слегка его вздрочнула придавая моему органу боевое положение и держась за него одной рукой, со стоном села мне на член влагалищем.
— Аааа, оооой, вот так я люблю, мне так хорошо, а в попке ничего не чувствую кроме боли. - завыла застонала Люба, еразая на моем хую сидя у меня на коленях.
Старый кухонный стул под нами скрипел в такт тёткиным движениям, а я придерживая мамину сестру руками за бедра, думал смотря ей в глаза, что неужели тётя мне не врёт и я уже завтра смогу увидеть свою маму голой. Она как и её сестра будет сидеть у меня на коленях, ерзать вверх и вниз, а я стану придерживать мамашу руками за её крутые бедра, смотря при этом ей в глаза.
И по честному мне в это верилось с трудом. Одно дело что мать заигрывала со мной, оставляла свои ношенные трусы в ванной, халат прозрачный надела на себя, что бы сын мог увидеть её интимные места. Даже целовалась в губы взасос. Но это шалости по сравнению с тем, что Нина ляжет со мной в постель и позволит себя сношать, не только в обычной позе, но и в извращённом виде.
— Пошли спать племяш. На сегодня хватит. Я хорошо кончила, а тебе нужно набираться сил на завтра. Твоя мама очень горячая женщина и с ней тяжело справится в постели, даже такому молодому и сильному парню как ты Костя. - сказала мне Люба вставая с моих колен.
Тётка с воем кончила ерзая на моём хую, и сидела у меня на коленях до тех пор, пока мой член в её влагалище не обмяк и стал вялым.
— Что хотите можете мне говорить тётя, но я не могу поверить в то, что завтра моя мать придёт к вам и ляжет со мной в постель. - сказал я Любе лёжа с ней в темноте на кровати под тёплым одеялом.
Тётка как обычно легла на бок к стенке, на которой висел гобелен с оленями на водопое. А я лёг к ней сзади прижимаясь опавшим членом к её попке.
— Да всё завтра будет глупенький, спи давай. - ответила мне Люба, сердито сопя носом.
Моя двоюродная тётя уморилась на работе, простояв целый день на ногах за прилавком. Сейчас после выпитой водки, сытного ужина и секса с молодым племянником, банально хотела спать.
И вскоре я заснул вместе с ней, лёжа с голой молодой женщиной, своей двоюродной тётей, под тёплым байковым одеялом, в уютной однокомнатной квартире на втором этаже, в старой "хрущёвке" возле городской бани.
— Просыпайся соня, утро уже, а он всё спит. - сквозь сон услышал я мамин голос, и когда открыл глаза, к удивлению увидел Нину сидящую на краю кровати.
Мать водила мне по носу подушеками пальцев и насмешливо смотрела на меня.
Нина была одетой в пальто, в махеровом платке на голове и в чёрных сапогах-чулках на ногах. Очевидно мать только что зашла с улицы в квартиру своей двоюродной сестры и не раздеваясь пришла в зал, и села ко мне на кровать.
— А где Люба? И ты почему не работе Ивановна? - спросил я у матери не разобравшись с просонья, что к чему. А потом смотря в красиво накрашенные синими тенями глаза мамы Нины, на ресницах у которой ещё не растаяли снежники от идущего за окном снега. Я понял зачем мать пришла в квартиру двоюродной сестры ранним утром.
— Люба на работе, торгует в магазине вдвоём с Верой Сергеевной. А я решила сегодня отдохнуть, взяла отгул и пришла к твоей " невесте" домой с проверкой. Она мне сказала что вы хотите жить вместе, вроде как стать мужем и женой. И я решила посмотреть чем она тебя тут кормит. - ответила мне мать, ложа свои холодные с мороза ладошки на мою грудь.
Я лежал на спине наполовину укрытый одеялом, и мама сидя рядом со мной на краю кровати, ласково гладила мне грудь своими холодными ладонями. А ещё у меня стоял колом член и я лежал под тёплым байковым одеялом голым, как вчера ебал тётку, так и заснул.
А она взяла отгул на работе и пришла в квартиру своей двоюродной сестры не с проверкой, а выполнять условие которое я поставил Любе. И лучше места и времени для порева с родным сыном, для Нины и не найти.
Вчера мы с Любой пришли к ней домой поздно, у неё в подъезде не было света, хулиганы повыкручивали в этот раз лампочки на обоих этажах. И мы поднимались по лестнице в квартиру тётки на ощупь, подсвечивая себе под ноги зажигалкой. Стало быть никто не видел что Люба привела к себе домой молодого племянника.
Мать проводила на работу мужа, сходила к себе в магазин, взяла ключ от квартиры у сестры, и пришла к ней домой по её просьбе, потрахаться со мной, иначе я не соглашусь на ней жениться. И никто ничего не заподозрит, ведь Толян будет думать что его жена на работе в магазине, а сам папаша раньше шести, а то и семи вечера из своей " Сельхозтехники" домой не придёт.
Наверняка мать дала мужу ещё " трояк" чтобы тот не спешил к домашнему очагу, а заглянул по пути в пивбар. А там папаша как минимум на пару часов задержится. И у Нины будет уйма времени, для того чтобы перепехнуться с сыном и вернуться домой перед приходом мужа пропойцы.
Да и у моей матери на случай если Толян вернётся из пивбара не совсем бухой и начнёт по привычке обвинять жену в блядстве. Сто процентов припасена бутылка " червивки", а то и водки, чтобы подпоить " рогатого" мужа. Которому она давно наставляет большие "рога" сношаясь с молодыми парнями, а в последнее время с заезжими в наш город южанами, приучившими мою мать по словам тётки, к извращенному сексу в задний проход.
— А ты не против Ивановна, что я на твоей двоюродной сестре жениться хочу? - спросил я у матери, беря в руки её ладошки и как бы потянул на себя в кровать.
Но Нина упёрлась и не поддалась на моё желание, уложить её к себе рядом в постель.
— Ты знаешь Костя. Я когда её к тебе на свадьбу в столовой подослала, думала, что ты на ней " дурь" свою молодую сгонишь. И я не предполагала того, что Люба втюрится в тебя сынок. Женись на ней Костя. Она раньше была блядью, но женой будет хорошей. - ответила мне мать сидя со мной рядом