Вступительные экзамены сданы. Замечательная июльское солнышко согревало и душу, и тело. Мы с друзьями сидели в дворовом скверике и с увлечением наперебой рассказывали друг другу о перипетиях подготовки и самой сдачи экзаменов. Напротив нас на скамейке сидел молодой мужчина, и, кажется, с удовольствием слушал наши рассказы и байки. Я с недавних пор частенько видел его в нашем дворе, скорее всего он переехал в соседний дом. Не заметить его было сложно – высокий, крепкий, очень симпатичный, от него так и веяло силой и интеллигентностью. Когда компания стала расходиться, он спросил меня (видимо поняв, что я поступил на факультет, связанный с физикой): — А, ты в телевизорах разбираешься? — Ну-у, немного разбираюсь. — У меня что-то картинка бежит, стукнешь по нему – показывает, а потом опять… «Классический непропай», - подумал я, - «шанс подзаработать». — Ок, можно глянуть. — А ты сейчас свободен? — Да. — А-то без телика как-то хреново. — Хорошо, инструмент возьму. Вы в этом доме живете? — В этом, 23 квартира. — Я в соседнем, сбегаю и приду. Взяв все необходимое, я пришел к нему домой. Он встретил меня уже переодевшись – в домашнем атласном халате, что-то китайское или японское, но очень изящное. Проводив меня к объекту ремонта, ушел на кухню, откуда раздавались аппетитные запахи и звуки приготавливаемого жаркого. Помимо обычной обстановки в комнате стояла длинная вешалка с театральными костюмами. Я хотел рассмотреть их повнимательнее, но постеснялся и занялся телевизором. Проблема была копеечная, и я ее быстро устранил, дольше было разбирать и собирать сам агрегат. Пока я ковырялся во внутренностях телевизора, Мужчина подошел ко мне с небольшим подносом, на котором красовались две рюмки с коньяком и блюдца с лимоном и шоколадом: — Ну, что, пациент будет жить? — Будет. — Кстати, мы так и не познакомились. Виктор. — Саша. — Очень приятно. Давай, за знакомство. Я немного смутился, до этого крепкое я пил всего несколько раз. Но, решил не показывать вида. Мы чокнулись, и я залпом осушил рюмку, быстро закусив шоколадом. Виктор улыбнулся: — Вообще-то, так водку пьют. Но, сделаем снисхождение на неопытность… В голове зашумело. Виктор ушел на кухню, а я стал доделывать начатую работу. Пока я работал, Виктор соорудил небольшой пир на журнальном столике между диваном и телевизором, а мы опорожнили еще по рюмке, от чего в голове стало совсем весело. В конце концов, клипы с компакт-диска оживили не только телевизор, но и радостную атмосферу вокруг него. Виктор достал из портмоне сумму, намного превосходящую мои ожидания. — Не, это много. — Прекрати, я может еще не раз к тебе обращусь. Мы уселись перед поющим и играющим ящиком. — Ну, за успех. — За успех. … — А Вы в театре работаете? — Ты… — Ты… Виктор махнул головой в сторону вешалки с костюмами. — А, это? Не, это меня друг попросил временно пристроить, пока у них передряги в театре не кончатся. Интересует? — Угу. Виктор встал и подошел к гардеробу: — Есть желание на память пофоткаться? — Можно! — Так-с, что тебе по размерчику подойдет?.. Вот, например, королевский паж, со шпагой! При этом он выудил рубинового цвета камзол с коротенькими штанишками-пуфиками и расшитой белоснежной рубашкой. — Супер! Я взял костюм, повесил его на вешалку, и стал переодеваться. Я уже сбросил футболку, джинсы, оставшись в одних трусиках. — Вот, еще, а-то, как-то, без чулок – некомплект. Я обернулся, в руках у Виктора были плечики с белоснежными чулками с ажурным верхом и таким же белоснежным и великолепным поясом для них. Сердце бешено заколотилось от их вида. — Так, это… — Тебя что-то смущает? Мужчины так и носили. А как ты себе представляешь эти штанишки без чулок? — Ну-у… — Комплексуешь, что-ли? — Нет! Я взял плечики с бельем и повесил их рядом с костюмом. А Виктор сел на диван, наблюдая мою процедуру одевания. Поясок никак не хотел застегиваться сзади. — Ну ты дурында - поверни, застегни и разверни. Я так и сделал. Пояс приятно обхватил талию, подвязки кокетливо свесились в ожидании чулок. При этом, я почувствовал прилив возбуждения. Я присел на диван, и хотел уже надевать чулки, но Виктор остановил: — Вообще-то пояс с чулками надевается под низ трусиков… Ты, что, меня стесняешься? Я, что, мужиков не видел? Помедлив, я стянул трусики и начал натягивать чулки. Сперва один, а потом и другой чулок плотно обхватили ноги, ощущение было невообразимым. С каждым движением чулка по ноге возбуждение возрастало все больше и больше. Задние подвязки упруго натягивали чулки, а передние свободно лежали на ляжках. Я встал, отвернувшись от Виктора, так как мой членик показывал ровно на два часа. Чулки равномерно натянулись на подвязках, так, что их даже не пришлось регулировать по высоте. Я подвигался – ощущения неописуемые: талия в облегающем поясе, голая, доступная для ласок и любви попка и ножки в обтягивающих ноги чулках на эластичных подвязках… Сердце бешено колотилось… — Ну как? Возбуждает? — Есть немного… — Охуеть! Нет, просто, охуеть! — Что? — В средневековом театре у тебя был бы успех! — Почему? – я так и стоял задом к Виктору, боясь, что он увидит мое возбуждение. — Потому что в средневековом театре играли только мужчины, и все женские роли были бы твои. — И?.. — У тебя потрясающая фигурка, я бы сказал – девичья, и мордашка смазливая. Сердце забилось еще сильней, кровь прилила к лицу… Я потянулся за штанишками. — Стоп!.. Я обернулся. Виктор встал с дивана и выудил из театрального гардероба коротенький нейлоновый медицинский халатик и колпачок к нему. — Примерь. Я озадаченно смотрел на предлагаемый мне костюм. — Да, че ты все смущаешься! Примерь… Я надел и застегнул халатик. Халатик идеально подошел мне по размеру – и в талии и на бедрах. Он едва прикрывал голые ляжки и ажурный верх чулок. Если бы не член, торчащий между пол халата, все было бы хорошо. Увидев мое смущение, Виктор достал с одной из вешалок белоснежные шелковые стринги. Стринги были мужскими, с «носиком» спереди. Я быстро надел трусики. Хорошо, что член у меня небольшой и смог уместиться в трусиках. Виктор нацепил мне колпачок с красным крестиком и подвел меня к рядом стоящему трюмо. Я увидел в зеркале миловидную медсестру. Треугольник трусиков, пояс с подвязками и ажурные полоски чулок четко просматривались сквозь полупрозрачный халатик. Халатик вроде и был, и вроде его не было. — Ну, чем не сестричка? – Виктор, стоя позади меня и обхватывая за талию, прижал меня к себе. Его халат был распахнут, и я почувствовал, как мне чуть выше ягодиц, сперва уперся, а потом и лег между половинками попы огромный член. Сквозь тоненький халатик я чувствовал, какой он твердый и горячий, чувствовал упругое сильное тело, прижавшееся ко мне. Виктор приподнял мой халатик, и я во всей полноте ощутил прикосновение к попке его мощного члена и волосатых яичек. В голове начался хаос. Мне надо было оттолкнуть его, начать протестовать. Но я как кролик перед удавом ничего не мог сделать. Я одновременно и хотел этого, и боялся этого. Почувствовав, что я не сопротивляюсь, Виктор сбросил с себя халат и начал ласкать мое тело. — Ты, прелесть! - его крепкие сильные руки прошлись по моему телу снизу доверху. Когда он сжал мне соски, я охнул от наслаждения: — Какие они у тебя чувствительные. Слегка придушив меня и потрепав за волосы, он губами и языком обласкал мое левое ухо с серебряной сережкой-колечком, от чего я еще больше возбудился и слегка простонал. Виктор развернул меня к себе лицом и, быстро расстегнув пуговки моего халатика, сбросил его с меня. Сильно прижавшись ко мне и взяв за голову, он страстно поцеловал меня, очень глубоко проникнув языком мне в рот. От сильного возбуждения меня стало лихорадить. Его член упирался мне в живот. Одной рукой прижимаясь к Виктору за талию, другой я обхватил его член. Это был настоящий мужской член, о чем я только мечтал – теперь свершилось, я держал настоящий мужской член в руке, не в фантазиях, не свой, а член настоящего мужчины. Он был прекрасен – твердый, горячий, скользящий от моих движений под тонкой кожицей, с мощными венами и шикарной головкой. Я знал, что член у меня маленький, но не знал, что в реальности бывают такие огромные члены у мужчин. Нет, конечно, я видел в порнухе, особенно у негров, но думал это исключения. Ствол был таким толстым, что я едва-ли полностью обхватывал его большим и указательным пальцами, пусть рука у меня и маленькая. Я взял в руку его волосатые шарики, я бы даже сказал шары. Это было невообразимо приятно. Поласкав их, я снова взялся за его прекрасный фаллос. Одной рукой Виктор прижал меня к себе за попу, а другой прошелся указательным пальцем по моим губам: — Какие у тебя губки медовые и ладошки нежные … а попка просто улет - ты чудо! Он снова поцеловал меня. Его руки крепко сжали мои ягодицы, раздвинули в стороны. Это были первые руки, которые ласкали мою попку. Я простонал от наслаждения. Виктор сдвинул в сторону узкую полоску моих трусиков. Одной рукой раздвигая булочки, пальцами другой стал теребить мне анус. От возбуждения я застонал, подал попку навстречу его ласкам и еще сильней стал дрочить ему хуй. — А дырочка, какая чувственная, а? Да и вообще ты весь… Зайка, одним словом. Виктор дал облизать мне свой палец, и смоченным слюной стал вводить его мне в попку. Ощущения были потрясающими. От удовольствия я стал постанывать. — У тебя мужики уже были? — Нет… я игрушками баловался… — Это хорошо, больно не будет. Не люблю развальцовывать, люблю, когда сам как по маслу входит. — Давай, ротиком поработай. А то ему уже не терпится с твоим язычком познакомиться. Я опустился на колени, теперь его гигант смотрел мне прямо в лицо. Одной рукой я направил его себе в рот. Пришлось очень широко открыть его, чтобы он смог войти в меня. Я стал погружать его в себя, пока его огромная головка не уперлась мне в глотку, но все равно я не смог заглотить и половину его. — М-м, ништяк! Сладкий ротик. Немного пососав, я поиграл его головкой язычком. Прошелся по стволу. Прижав к животу, прошелся по стволу, полизал яички. Сперва один, а потом и другой волосатый шар взял полностью в рот и пососал их. Это было умопомрачительно. — О-о-о, заебись! Потом снова стал сосать хуй. При этом не заметил, как стал постанывать от наслаждения. — Нравиться? — Очень! Такой… большой… классный. — Теперь без рук. Я опустил руки, и стал отсасывать так. Виктор взял меня за волосы и насаживал мою голову себе на член. В какой-то момент он сильно вогнал свой хуй мне в глотку, так, что волосы на его лобке чуть щекотнули кончик моего носа. Его фаллос протаранил все внутри моего горла. На глазах выступили слезы. Какое-то время он продолжал удерживать свой хуй внутри меня. Я начал задыхаться. Наконец он вынул его из меня. Я поперхнулся. Все лицо было в слезах и слюнях. — Уф, здорово!.. Это с непривычки, немного тренировки, и будешь полностью заглатывать. Он потрепал меня за подбородок и, плюнув в и так мокрое мое лицо, сказал: — Ну и ебальничек у тебя пиздатый. Одно удовольствие трахать. Рот открой. – с этими словами он постучал своим хуем мне по губам, глазам, носу. Побил им из стороны в сторону и снова вогнал его мне в рот. — Шурка, ты не с хуем во рту родился? Тебе это так идет! – при этом он весело рассмеялся. — Погодь, я тебя на память щелкну. Уж больно классно ты с хуем во рту смотришся. Фотоаппарат оказался у него под рукой, и он сделал небольшую фотосессию. — На меня смотри. Умница. Вытащив член изо рта: — Хуй в руку возьми, вот так, и улыбайся. Заебись. Отложив фотоаппарат, продолжил ебать меня в рот. Иногда он нагибался и шлепал меня по попе или вводил в нее пальцы, от чего я сильно возбуждался и стонал. — Ну, что? В очко? Небось, ждешь-недождешься, когда я тебя в жопу трахну? Давай раком на диван. Да, и трусы сними. Я послушно снял стринги и встал на коленки на диван, пошире раздвинув ноги, и опершись руками о спинку дивана. Виктор плевками обильно смазал мою дырочку. Член действительно был огромным. Когда его головка стала погружаться в мою плоть, я ощутил резкую боль и вскрикнул. — Больно? — Нет,.. пройдет… — Пройдет, щас от восторга визжать будешь. Его хуй все входил и входил в меня, разрывая анус пополам. Боль быстро переходила в непередаваемые ощущения. А когда его волосатый лобок стал щекотать половинки попы, а его яички столкнулись с моими, я почувствовал настоящий восторг. Казалось он достиг моего желудка. Я ощущал его дрын всем телом, каждой его клеточкой. Это было неописуемо, не какая-нибудь «игрушка», какими я баловался, а настоящий фаллос. Виктор перестал крепко прижимать меня за бедра к себе, и стал ласкать мое тело. Несколько раз он меня шлепнул, отчего я еще больше возбудился. Взяв за плечи, он стал делать интенсивные фрикции, со шлепком врезаясь в мои булочки и волнами сотрясая их. От сладострастия я стонал и сам подавал попку навстречу его движениям. Иногда он хватал меня за волосы и сильно оттягивал мою голову назад или хватал за горло и слегка душил. Находиться в его власти было выше моих сил. Его грубость еще больше меня возбуждала, я был его весь и полностью. — Ну, как? Нравиться на хую вертеться? — Да! — Хочешь, чтоб в жопу ебали? — Да! Я те, блядь, весь анал порву, сука! – при этом он сильно ткнул меня в затылок и прижал голову к дивану. — Ноги сожми, чмо. Вот так. И жопу себе радвинь. Шире, еще. Ебануться, у тебя Сашок сфинктер закрываться перестал, горло видно. - При этом он довольно рассмеялся. - Это заебись, я как раз такие дырки и люблю. Дай, я тебя сзади щелкну. Виктор взял фотоаппарат и сделал несколько кадров моей раскрытой дырочки. Потом засадил свой хуй в меня и сделал еще несколько кадров. После чего продолжил еблю. Моя попка хлюпала и чавкала. А я чувствовал приближение оргазма. — На бок ляг. Я повиновался. Все мое тело знобило от удовольствия. Вскоре я не выдержал и стал кончать под громкие стоны. — Ах, ты, педрило, весь диван мне угваздал. Давай, вылизывай. Меня колотило от оргазма, на трясущихся ногах я опустился на пол, и стал вылизывать свою сперму с покрывала дивана. Я уже пробовал свою сперму - на вкус она очень приятная. Я даже не знаю с чем ее можно сравнить… - одним словом вкусная. — Вот, так, сука, любишь кончать, люби и вылизывать за собой. Немного поостыв, Игорь сказал: — Между прочим, ты у меня первый, кто без рук кончил. Пока я убирался за собой, Виктор принес проклепанный ошейник с поводком и надел его на меня. — Хорошая сучка должна любить своего хозяина. Не любить, так бояться. А ошейник – это награда за преданность. Витя рассмеялся и шлепнул меня по попке поводком. — На диван на спину ложись. Нет, не так, к краю головой. Я лег поперек дивана, слегка свесив голову, а Витя, встав надо мной, вогнал свой хуй мне в рот. Теперь его член намного глубже проникал в меня. Я часто давился, отчего все лицо было в слезах и слюнях. — Давай стоя. Люблю я это дело. Я встал и оперся о стену рядом с диваном, выпятив попу назад и широко расставив ноги. Виктор пристроился сзади и вошел в меня. Вскоре я снова стал ощущать наслаждение и стал постанывать. — О, Шурка ожил. Молодец! Я посмотрел в сторону, и увидел в отражении трюмо процесс нашей ебли. Картинка мне понравилась, я почувствовал дополнительное возбуждение. Виктор это заметил: — Че, заебись на себя со стороны посмотреть? Потом киношку снимем. Будешь звездой домашнего порно. При этом он задорно рассмеялся. — Ногу подними. Виктор задрал мне ногу в бок, так что я остался стоять на одной. — Пиздатая у тебя растяжка. Ты гимнастикой не занимался? — Нет. — А чем? — Ничем. Я на радикружок ходил. — А, ну-да. Какой там спорт, у тебя же ни одной мышцы не видно, как у бабы. Это заебись, я смазливых мальчиков люблю. Девочек ебать не интересно, они и так для этого созданы, а вот мальчика опустить – это прикольно. Особенно такого симпатичного… При этом он продолжал свое дело, доставляя мне жуткое удовольствие. — Прижмись ко мне, я тебя на руки возьму. Я развернулся к Вите лицом и обхватил его за шею. Виктор подхватил меня за ляжки, а я обвил его руками и ногами, оказавшись в воздухе. Его хуй так и продолжал находиться в моей дырочке. Руки и член Вити ласкали мою попку, от чего я был на седьмом небе. — Ты как пушинка. Сколько весишь? — Пятьдесят четыре. — Я так и думал… Вскоре движения Виктора стали резче и интенсивнее, я чувствовал приближение его оргазма. — Давай на диван. – Виктор опустил меня на пол. Я лег на диван на живот и раздвинул ноги. — Нет, сожми. Виктор сел на меня сзади и вогнал в меня свой хуй. Опершись на руки, Витя заработал как швейная машинка. Я ощущал наслаждение всем телом. Это было что-то новое, я никогда раньше такое не испытывал – я не кончал, но меня всего лихорадило. Мои истошные стоны видимо еще больше возбуждали Виктора. Я ощущал приближение его оргазма. Вскоре он быстро вскочил на пол: — Ко мне! На колени! Рот открой! Я быстро сел на колени перед Виктором и открыл рот, глядя на него. Одной рукой Виктор схватил меня за волосы, а другой помог себе кончить. После нескольких дрочков из его члена мощными выстрелами брызнула сперма, заливая мне все лицо. С громкими стонами Виктор извергал потоки кончалова. Часть спермы попадала в рот, но в основном на лицо и волосы. Она забрызгала все глаза, ресницы слиплись. С подбородка стали свешиваться клейкие ниточки, капая на грудь. Когда Виктор перестал кончать, он поводил своим членом мне по лицу и сказал: — Эту картинку надо запечатлеть. Будет называться – первая сперма. Виктор достал фотоаппарат и пощелкал мое обконченное лицо. — Пока не глотай. – при этом собрал сперму с лица мне в рот и сфоткал еще раз. — Теперь можешь… Ну как, вкусно? — Очень. — Я вообще-то в задницу люблю кончать, или в рот. А на лицо – так, на фото на память. — Уф… Утешил старика – давненько я так не кончал… Аж горло пересохло. И перекурить надо это дело. Виктор дал полотенце, обтереть лицо. Мы сели, выпили, закусили. Виктор предложил сигарету. Я не отказался. Я тогда почти не курил – так, пару раз в месяц, за компанию. После секса, алкоголя и сигареты я почувствовал, как уносит мою крышу. По всему телу до сих пор бегали мурашки наслаждения, а в попке так вообще творилось что-то невообразимое. Виктор сел за компьютер, подключил фотоаппарат, скинул нафотканное, выбрал кадры получше. — Иди сюда. – и дал посмотреть отснятое. — Ну, как? Здорово? Ты очень даже фотогеничен, мог бы зарабатывать на этом. Фотки действительно получились хорошими, я даже снова стал возбуждаться.Пока мы сидели, Витя вдруг что-то вспомнил и вышел в другую комнату. Вернулся он с анальной пробкой в руках. Пробка была толстой в среднем сечении и достаточно длинной, но что было потрясающим, так это длинный белый пушистый хвостик, свешивающийся с конца пробки: — Смотри какой симпатичный. Примерь. Я облизал пробку и, подняв одну ногу на диван, стал стоя вводить ее себе в попку. Проскользнув толстое место, пробка уперлась кантиком в половинки попы. Это был, конечно, не настоящий член, но я начал испытывать возбуждение. Пушистый хвостик слегка щекотал ягодицы, что еще больше возбуждало. Я повернулся к трюмо задом – симпатичная попка с пушистым хвостиком - весьма пикантно. Я поводил бедрами из стороны в сторону, игриво помахав хвостиком. — Породистая сука. Носи, заодно анал потренируешь. Я походил с пробкой по комнате, присел на диван - ощущения были приятными и возбуждающими, мой член стал набухать. — Нравится? — Угу. — А что надо сказать? — Спасибо. — Спасибом не отмажешься. Прилежная сучка хозяину ноги целует. Я опустился перед Виктором на колени и стал целовать ему ноги. Но тут зазвонил домашний телефон. Виктор встал, подошел у телефону. — Привет… Да ничем… Приходите, только алкоголь с вас, а то у нас все закончилось… У нас - это у нас… Шурочка, охуительный мальчик… Не то слово… да… да… Давай, ждем. — Ну, вот, и с пацанами познакомишься. Толпой-то ни разу не ебали, очко выдержит? — Я пожал плечами. — Выдержит, оно у тебя по ходу луженое, для ебли создано. Пока мы ждали ребят, Виктор расправил диван. Мы еще пару раз выпили. Вскоре зазвенел дверной звонок. — Пойдем гостей встречать. Я встал с дивана. — Да ты че? Сучки разве на двух ногах ходят? Давай на четвереньки. Я повиновался. Виктор пристегнул поводок, и шлепнув им меня по попке, направил ко входу. В коридоре мы встретили двух молодых мужчин. Один был покоренастее и пониже, с небольшой залысиной – это был Игорь. Второй повыше, светловолосый – Дмитрий. Оба были весьма симпатичными и веселыми. — Ух ты, какой щеночек классный. Они почесали мне за ухом, похлопали по голове и попке. — Хороша собачка. Породистый? — А то не видишь? Дворянский – гляди какой экстерьер. — А ему чулки идут. Ну-ка, встань на задние лапки. Я встал. — Повернись. Нормуль. Я снова опустился на коленки, и мы прошли в комнату. Мужики сели на диван, а я пристроился у ног Виктора. Выпив и закусив, Игорь предложил: — Ну, что? Давай знакомиться! Иди ко мне – посмотрим, чему тебя хозяин научил. Я подполз к Диме, расстегнул ему ширинку брюк, опустил трусы и достал из них набухающий в моих руках член солидных размеров. Прилив возбуждения охватил мое тело. Я взял хуй в рот, где он стад стремительно набухать и крепнуть. Он оказался еще толще, чем у Виктора, но, хвала небесам, не таким длинным (я его почти полностью заглотил) и с не такой огромной головкой. А, вот, сосать его оказалось крайне неудобно, приходилось очень широко открывать рот, отчего впоследствии у меня заболела челюсть. Я даже не выдержал и сказал: — Боже, какой же он толстый! Отчего мужики рассмеялись. Дима тем временем разделся и встал рядом, демонстрируя свой шикарный эрегированный фаллос. Я бы назвал его саблей – очень длинный, не очень толстый и с изгибом вверх. Я пристроился к Диме, а Игорь тоже стал раздеваться. После чего уже все втроем они окружили меня. Я поочередно отсасывал то у одного, то у другого мужика, подрачивая им члены. Игорь достал губную помаду и попросил остальных: — Подождите. Шурка, руки убрал. – при этом помадой он что-то написал мне на лбу. Мужики рассмеялись. — Слушай, а может киношку снимем? — Давай. Тем более я седня уже кончал, могу поснимать, как вы ебете. — Да, ладно. Я, например, одним разом не отделаюсь… С такой-то задницей. По очереди поснимаем. — Давай, как будто, Жучка с прогулки вернулась. Виктор накинул халат и выглянул в коридор - на лестничной площадке никого не было. На четвереньках меня вывели к дверям квартиры. Виктор стал снимать как я «возвращаюсь с прогулки». В комнате мне приказали: — На задние лапки встань. Покрутись. Жопу себе раздвинь. Я раздвинул, и Виктор снял крупным планом мою попку с хвостиком. — Пробку вытащи. Булки раздвинь. Сильнее, еще. Заебись дыра. Хвост на место. Повернись. — Дяде улыбнись. Помаши ручкой. Скажи дяде «привет!» — Привет! — Хочешь что тебя выебали толпой? — Очень! — Любишь сосать хуи? — Обожаю! — Ты пидор? — Пидор! — Хуесос? — Хуесос. — Ты чмо? — Чмо. — На колени, и покажи, что ты умеешь. Игорь и Дима подошли ко мне с двух сторон.Я взял их члены в руки, и стал поочередно их отсасывать.С хуем во рту мне приказали: — Скажи, «я вафлер». Я промычал нечленораздельное, от чего мужики заржали. — «Я хуесос». Картина повторилась. — Ладно, хорош, пусть работает. Когда сосал у одного, другой бил меня хуем по лицу или зажимал нос пальцами. Периодически они глубоко всаживали свои пенисы мне в глотку. От чего я задыхался и закашливался. Все лицо было в слезах и слюнях - своих и тех, что в меня плевали. Игорь поменял Витю у камеры, а Дима занялся моей попкой. Он играл в ней пробкой, иногда давая мне ее пососать. Когда это ему надоело, он вошел в нее своей саблей. От наслаждения я буквально набрасывался ротиком на пенис Виктора. Мужики менялись местами у моей попы и ротика. «Толстяк» Игоря был потрясающим, а «змей» Димы, кажется, добивал до желудка. Руки мужиков нещадно мяли и шлепали мою попку, терзали все тело. При этом ебля сопровождалась отборным матом и руганью. От сумасшедшего траха меня всего буквально захлестывало волнами наслаждения, знобило от удовольствия. Я ощущал их фаллосы в себе буквально всем телом, от чего громко стонал. Время от времени мужики меняли позы, перебрав, наверное, всю камасутру, даже со связыванием. Один раз я не выдержал и кончил. Но меня заставили держаться и продолжили еблю. Самым невероятным оказалось два хуя в моей несчатной попке. Даже после продолжительного траха вначале было немного больно. Я боялся пошевелиться, когда они это устроили. Но потом боль ушла, я снова начать получать наслаждение, да и мужикам это надоело. — Я скоро кончу. — Подожди, вместе кончим. Второй раз не так быстро получается. — Давай, еби. Я жду, - Дима отстранился в сторону. Встав в стороне, и слегка подрачивая себе, стал наблюдать, как Витя меня насилует. Вскоре Витя достиг оргазма, и мужики стали дружно заливать мое личико потоками спермы. Виктор сменил Игоря у камеры и тот тоже кончил на меня. Столько спермы!.. Нет слов, как это было восхитительно. После этого секс-марафона я буквально без сил плюхнулся у дивана на пол. По телу продолжали бегать мурашки наслаждения, а что говорить о попке, так это вообще неописуемо. Алкоголь немного придал сил. Виктор вернул пробку на место в мою попку. Потом он подключил камеру к компьютеру и вывел отснятое на экран монитора. Видео мужикам понравилось. Кстати, я выяснил, что на лбу мне написали : «вафлер». — Позвони предкам, чтобы не теряли. Скажи, у друзей переночуешь. Я перезвонил. Был еще коньяк, водка и секс, когда я вырубился, не помню… а что было дальше, это уже другая история…