Третьи сутки мы дрейфовали на воде в тумане, но суши так и не было. Наш Бриг, скованный этой дымкой, словно парил в небе, рассекая небесную гладь. Хотя корабль на самом деле, стоял практически на месте и штиль был тому виной.
Наша экспедиция под знаменем короля Испании, следовала в южное полушарие. Нагруженное двумя сотнями отборных солдат короля Его величества, мы преодолели целый океан, относительно благополучно и приближаясь к материку попали в туман, подгоняемый штилем. Многие на корабле нервничали, включая и меня, Санчо Кастильо, конкистадора короля.
Это был не первый мой поход в эти земли и бог, пока хранил меня от всяких напастей. Но такая обстановка, случилась впервые и все прибывали в настороженности, расредоточившись у палубы корабля, вглядываясь в непроглядную мглу. Неожиданно с мачты раздался крик и все подняв головы, пытались рассмотреть, кто это там голосит.
– Земля!!! Справа по борту, земля!!! – прозвучал голос соглядатого на мачте.
Многие оживились и пристально вглядываясь в туман, неотрывно взирали вдаль, надеясь рассмотреть прибрежные очертания земли. Но всё было тщетно. Лишь изредка виднелись верхушки высотных деревьев и это было уже что-то, что могло вселить в солдат уверенность.
– Всем быть наготове! Не расслабляться! И смотреть в оба! – послышался приказ капитана и все на палубе засуетились, вняв его слова, как предостережение.
Я тоже взвёл свой арбалет, направив его в туманку. И взявшись разглядывать берега, которых как бы я не старался, так и не увидел.
Над нами стояла мрачная тишина и казалось время застыло, настолько всё вокруг стихло. И лишь какая-то птица огласив своим криком, напоминала мне, что мы и вправду находимся по краю какого-то берега.
Мне прилично надоело в какой-то момент вглядываться неуставно в пустоту. И затёкшие ноги, чуть дрогнули, что я тут же присел оперевшись спиной о борт. В эту секунду рядом со мной вонзилась стрела и не сразу поняв в чём дело, вторая ранила меня в руку. Ужасная боль охватила всё моё тело и кровь струйкой потекла из раны. Я прилег на палубу и взявшись за стрелу, сломал её у основания. Вскрикнув от боли, возле меня стали падать войны, застигнутые смертью стрел. Шквал смертоносных стрел впивались в наши ряды и люди в страхе, как подкошенные валились на палубу, замирая в своей предсмертной агонии.
Я чувствовал что слабею. Но кровь не останавливалась из раны и в голове мутнело. Пока полностью не осознал, что я умираю и в моих глазах не погас свет.