Тихаяполка.
← Вернуться к каталогу

Сестричка Анечка

◉ 1 просмотров
Категории
Размер
18 px

Сестричка Анечка.
Часть 1.
В тот день я вернулся около четырех часов. До прихода родителей оставалось часа три, раньше семи они не приходят. Хорошо было бы подрочить, но дома сестра. Анечка боготворила меня, старший брат был для нее главнее папы с мамой вместе взятых. Я защищал ее от хулиганов-сверстников во дворе, все знали: Анечку лучше не обижать, кара будет стремительной и неотвратимой. Впрочем, Анечка редко жаловалась и никогда не злоупотребляла моей готовностью открутить голову любому обидчику.
Я слышал, как она что-то напевает на кухне.
- Привет, Анечка!
- Здравствуй, Санечка! – она подбежала, стала на цыпочки и чмокнула меня в щеку. – Хочешь чаю?
Только ей я позволял звать себя Санечкой. Все остальные звали меня Сашок, в крайнем случае, Саня. Я присел к кухонному столу, Анечка быстро налила мне чашку чая и села напротив, поморщившись. Я насторожился:
- Что с тобой, чего морщишься?
- Да это Лось, дубина, ущипнул меня до синяка, вот смотри, - с этими словами она встала, повернувшись ко мне боком, задрала юбочку, обнажив беленькие трусики в мелкий розовый горошек. Из-под трусиков на попке расплывался багровый синячище.
- Вот, смотри, какой большой, - она потянула край трусиков вверх, синяк шел чуть не до пояса. – Так ничего, а садишься – больно.
- Ну я этому Лосеву прямо сейчас пойду вломлю! – Я стал приподниматься, но Анечка кинулась ко мне на шею:
- Санечка, не надо, пожалуйста, он когда ущипнул, я сказала, что тебе пожалуюсь. Так он перепугался до ужаса, со слезами просил прощения и умолял тебе не говорить. Вот скажи мне, Санечка, почему мальчишки такие дураки? Я же знаю, что нравлюсь ему, так зачем он щипается?
- Понимаешь, Анечка, мальчики взрослеют позже, они уже интересуются девочками, но еще не знают, как это выразить, не понимают, зачем это все. Вот и действуют, как привыкли: таскают за косички, щипают, пинают. Это потом пройдет.
- Санечка, а ты тоже девочек щипал и пинал?
Я замялся. Но обманывать не стал:
- Да, я таким же балбесом был. Потому и говорю, что это пройдет.
- Санечка, а как ты сейчас с девочками мутишь?
- Нуууу.... – вот тут я смутился по-настоящему. Анечка смотрела на меня своими глазищами, явно ожидая продолжения. Я вдруг увидел, что это уже не малявка, а ужасно симпатичная девица, у которой и попка округлилась, и фигурка появилась, и даже грудь. И вот это чудо ждет, чтобы я поведал ей как это делают парни постарше. А что я мог ей сказать? Что я уже два года дрочу на ровесниц, на порнуху в Интернете и даже на соседку Ольгу Сергеевну, которая переехала в наш дом в прошлом году? Что я с удовольствием потискал бы чьи-нибудь сиськи, не опасаясь получить по рукам, а то и по физиономии? Что ровесницы уже готовы трахаться, но совершенно не хотят делать это с ровесниками, предпочитая парней постарше?
Не дождавшись внятного ответа, Анечка наклонилась ко мне и зашептала:
- Санечка, а ты уже с кем-нибудь, ну, секс у тебя уже был?
Сказать, что я оторопел, значит ничего не сказать. Вот нихрена себе, вопросики у сестрички, и что ей отвечать? Я неопределенно улыбнулся, давая понять, что джентльмен о таких вещах не говорит, но Анечку это только раззадорило:
- Санечка, Санечка, а ты не рассердишься, если я у тебя что-то спрошу? Только обещай, ладно? Обещай, что ответишь, и обещай, что не рассердишься! – она обвила мою шею руками, прижалась ко мне, ожидая ответа.
- Ладно, - с опаской сказал я, - сердиться не буду, и если знаю ответ, постараюсь ответить.
- Санечка, расскажи мне про секс, а?
- Что?!?!?
- Ну ты же обещал не сердиться, и точно знаешь про это больше чем я, ну расскажи!
- А что ты хочешь знать? Откуда дети берутся?
- Нет, - с досадой отмахнулась сестричка, - я не такая уж серая. Я все знаю и про мужские органы, и про женские, и про яйцеклетки, про сперму и про оплодотворение. А вот про секс девчонки рассказывают всякое, а как проверить правду ли они говорят, или выдумывают просто. Я знаю, что кое-кто из них что-то видел в порнухе, - на этих ее словах я поперхнулся чаем, - но кто реально видел, а кто врет, что видел, не знаю. И чему верить, тоже не знаю.
- А давай так, - задумчиво сказал я, - ты мне будешь задавать вопросы, а я, если смогу, отвечу, ладно?
Анечка радостно захлопала в ладоши и снова чмокнула меня в щеку. Затем уселась на табуретку, сложила руки перед собой, как на парте, и подняла одну в жесте вопроса.
- У меня первый вопрос: что такое оргазм и как его получить?
Я просто сел на жопу. Не знаю уж, каких вопросов я ожидал, но точно не таких.
- А что девчонки в школе об этом говорят?
- Да ну их, у них ничего не разберешь. Кто говорит, что оргазм бывает только у женщин, кто – что и у женщин и у мужчин, то говорят, что оргазм бывает при... ну... когда ебутся, - тут я снова поперхнулся, матерное слово из уст моей младшей сестрички было совершенно неожиданным, - а некоторые говорят про мастурбание, но что это такое, не объясняют.
Я хихикнул.
- Ну, во-первых, это называется не мастурбание, а мастурбация. Это когда оргазм достигается без хм... без ебли. Например, женщина или мужчина могут получить оргазм в одиночку, без партнера.
- А что такое этот самый оргазм?
- Ну это такое приятное ощущение. У мужчин оно бывает, когда выбрасывается сперма. Для этого мужчина ласкает свой член, или , как говорят, дрочит.
- А у женщин?
- У женщин когда они возбуждают клитор... ну или влагалище, хотя есть теория, что это все равно действует на клитор.
- А, то есть оргазм это когда кончают?
- Да, именно.
- А что такое клитор?
Я снова сел на жопу. Вот как это объяснить? И тут мне пришла в голову мысль.
- Знаешь, Анечка, тебе на все твои вопросы может ответить Интернет.
- Ну, - наморщила носик сестричка, - я не стану читать всякие длинные тексты.
- А я не про тексты, я про всякие ролики о сексе.
- Ты про порнуху? – округлила и без того круглые глаза Анечка.
- Ну да...
- Ой, Санечка, это здорово, а то у меня на компе стоит родительская блокировка, я не могу до порнухи добраться. Ты мне покажешь?
- Ну что с тобой делать, пойдем.
Мы забрались ко мне в комнату, я включил комп, запустил броузер в анонимном режиме и вышел на один из известных мне порносайтов.
- Давай начнем с мастурбации. Я сейчас тебе покажу, как женщина сама себя ласкает до оргазма. А ты спросишь, если что непонятно, хорошо?
Анечка забралась было ко мне на колени, но я сообразил, что от просмотра порнухи у меня сейчас хуй встанет, и придется еще и это объяснять. Поэтому я согнал ее и велел сесть рядом.
Быстренько нашел ролик минут на десять из раздела solo masturbation и запустил его. Анечка во все глаза смотрела, как голая девица с пышными формами раздвинула ноги и стала попеременно то засовывать пальцы в пизду, то дрочить клитор. Через несколько минут девица забилась в судорогах оргазма. Крупный план пальцев на клиторе вызвал особый интерес.
- Поставь на паузу. А вот это и есть клитор, да? Я так и думала, что это такая пуговка, но точно не знала. И что, я тоже так могу делать?
Тут я даже немножко расердился:
- Анечка, я и так тебе показываю такое, что мне папа с мамой голову оторвут, если узнают. А ты еще этакое спрашиваешь!
- Ну правда, я так могу или нет?
- Думаю, что можешь, но лучше не надо. Но теперь все, отстань, на сегодня секс-просвет закрывается. И не вздумай в себя пальцы засовывать, надеюсь, что такое девственная плева ты знаешь. Порвешь – потом проблем будет миллион.
Я закрыл броузер и выключил комп. После просмотра порнухи да еще и в присутствии сестры, хуй у меня стоял столбом и мне срочно надо было спустить, пока не измазал трусы. Я рванул в туалет, стараясь не демонстрировать сестре торчащий кол. Там я быстро опустил штаны и встал перед толчком, готовясь дрочить. Но только я сделал несколько медленных движений рукой, стараясь растянуть удовольствие, как вдруг из комнаты донесся грохот и какой-то очаянный взвизг. Сердце у меня упало, я решил, что с Анечкой случилась какая-то беда. Путаясь в штанах, я вылетел из туалета, ворвался в комнату сестры и увидел следующую картину: около кровати валялась перепуганная Анечка, со спущенными до колен трусиками.
- Санечка, я кажется получила оргазм, - дрожащим голосом произнесла сестричка. – Я легла, стала делать так же, как та, в порнухе, и тут меня как током ударило, кааак подбросит, я упала с кровати и от испуга закричала. А ты чем там занимался? – постепенно приходя в себя, хитро спросила она, - у тебя штаны полуспущены и член торчит!
Я побагровел, обнаружив, что все так и есть: не успев застегнуть штаны, я ворвался в комнату к Анечке с торчащим хуем. Отвернувшись, я быстро заправил его в штаны и застегнулся.
- Анечка, ты меня страшно напугала!
- Ну я же должна была попробовать!
- Так, сестричка, быстро приводи себя в порядок, скоро родители появятся. Не вздумай при них повторять свои эксперименты, а то мы оба без головы останемся.
- А завтра ты мне еще покажешь что-нибудь? У меня столько вопросов!
- Анечка, давай завтра поговорим. И не вздумай в девчонкам хвастаться.
- Что ты, я как рыбка молчу, - и Анечка сделала «рот на замочке, ключик в кустах». Я быстро скрылся в туалете и завершил начатое.
Часть 2.
Назавтра, к моему приходу, Анечка уже была в полной готовности, с порога повисла у меня на шее и потянула к компу:
- Санечка, а покажи мне...
- Стой, стой, дай хоть переодеться в домашнее, чаю налей.
Анечка метнулась на кухню, а я тем временем быстро переоделся и запустил комп.
- Ну, что ты хочешь увидеть сегодня?
- Сначала я хочу увидеть, как мужчина получает оргазм. Ну, как дрочат.

Мы посмотрели ролик с дрочкой, Анечка при этом время от времени косилась на меня. Когда ролик закончился, она спросила:
- Санечка, а ты вчера в туалете дрочил, да?
Я смущенно подтвердил.
- Ой, а ты мне покажешь, как ты это делаешь, ну пожалуйста!
- Анечка, ты соображаешь, что говоришь? Ты же моя сестра, к тому же младшая, то есть сопливая! – я легонько шлепнул Анечку по попке, но она не унималась:
- Санечка, ну и что что сестра, что тут плохого? Я просто получше рассмотрю, а то тут не все понятно.
Я задумался. С одной стороны, дело явно было из разряда запретных. С другой стороны, это точно не инцест: мы же не станем ебаться, просто Анечка увидит, как я делаю то, что делаю и без нее. И потом, все, что мы тут делаем, уже тоже за гранью разрешенного.
- А я тебе, если захочешь, покажу, как я это делаю, я сегодня уже три раза кончила, - похвасталась сестричка.
Ее наивное бесстыдство немедленно отозвалось сильнейшим стояком. Заметив его, Анечка усилила свой напор:
- Вон, я же вижу, что ты хочешь! Давай ты мне покажешь, а потом я тебе!
Перспектива увидеть живьем мастурбацию, пусть даже и собственной сестрички, вскружила мне голову. Тот факт, что я чуть ли не до семи лет помогал ей купаться и видел ее безволосый пирожок тысячу раз, ничего не менял: со мной разговаривал не ребенок, а взрослая девушка, уже испытавшая несколько оргазмов, что, как я знал, и у взрослых-то женщин не у каждой получается. Я заколебался:
- Анечка, ну я даже не знаю...
- Санечка, ну пожалуйста, а то на экране не все видно, я хочу получше рассмотреть. Я буду тихо-тихо, как мышка, ты даже не заметишь, что я тут, - ластилась она ко мне, прижимаясь своими остренькими сисечками к спине.
- Ну, хорошо, - сдался я. – Только один раз, ты будешь сидеть тихо, не будешь хихикать и, самое главное, полный секрет!
- Обещаю, все-все так и будет, - обрадовалась Анечка. – ты же обычно в туалете дрочишь, я теперь понимаю. А ты ложись на кровать, удобнее же будет. А я тут вот сяду рядом.
- Только сиди неподвижно и ни звука!
С этими словами я расстегнул рубаху и решительно спустил штаны с трусами до колен. Анечка тихо ахнула и впилась взглядом мне в низ живота. Я взялся за хуй и стал двигать рукой, сначала неловко, меня смущало, что сестра смотрит. Но одновременно это и возбуждало, так что через пару минут я уже дрочил в полную силу. Анечка смотрела, не шевелясь, и кажется, даже не дышала. Подрочив совсем немного, я почувствовал, что сейчас кончу. Хуй задергался и из него вырвалась мощная струя спермы, добрызнув мне почти до подбородка. Анечка восхищенно охнула, но тут же зажала рот ладошкой, испуганно глядя на меня. Это было так комично, что я невольно улыбнулся, глядя на нее. Поняв, что я не сержусь, Анечка сразу просветлела и затараторила:
- Ой, Санечка, это было так здорово, мне так понравилось! Я очень хорошо все рассмотрела. А тебе было приятно? А что ты чувствовал? Давай, я быстренько принесу салфетки, вытрем тебя! – с этими словами она метнулась за бумажными салфетками и стала осторожно вытирать сперму с моего тела. Потом принюхалась:
- Какой необычный запах!
- Ну все, сестричка, хорошего понемножку, давай ликвидировать все следы.
Я натянул штаны, выбросил салфетки и заправил кровать.
- Санечка, а хочешь посмотреть на меня? Ну как я получаю оргазм?
Теперь, когда давление спермы на мозги ослабело, я подумал, что все это большая ошибка, кончится плохо и надо завязывать. Но Анечка так доверчиво смотрела на меня, что язык не повернулся ее обидеть, тем более, что она явно хотела продемонстрировать мне свои новые навыки.
- Хочу...
- Ну смотри. – С этими словами Анечка сбросила юбочку, оставшись в одних трусиках, быстренько стянула их до середины бедер, плюхнулась на кровать и запустила указательный пальчик между пухлых губок, покрытых волосиками. Писечка чуть раздвинулась, и я увидел чудесный розовый коралл малых губок. Анечкин пальчик запорхал между губками, то поднимался к пуговке чуть заметного клитора, то опускался почти до самой попки. Так продолжалось довольно долго, видимо, Анечка уже истощила себя оргазмами до моего прихода. Но возбуждение ее постепенно нарастало, глаза закрылись, дыхание участилось, на лбу выступили капельки пота. Внезапно она охнула, зажмурилась, согнулась, почти прижав колени к груди, потом так же резко разогнулась, быстро теребя пальчиками клитор и затряслась, кончая. При этом она несколько раз забавно пискнула, но я сдержался и не засмеялся. Потом она расслабилась, открыла глаза и посмотрела на меня:
- Санечка, обними меня!
Я прилег рядом и осторожно обнял ее. Она прижалась ко мне всем телом и затихла. Мне казалось, что я чувствую бедром ее писечку, хотя, конечно, ничего чувствовать не мог. Мы немного полежали, потом Анечка потянулась ко мне, чмокнула меня в щеку и быстро натянула трусики.
- Ну что, здорово у меня получается? – гордо спросила она.
- Волшебно, - честно ответил я, - никогда ничего подобного не видел!
Вечером родители внезапно объявили, что в пятницу после работы они поедут к дяде Грише на дачу, вернутся поздно вечером в воскресенье. Я увидел, как загорелись Анечкины глаза и понял, что эта мартышка что-то задумала, я даже примерно догадывался, из какой области.
В пятницу утром родители оставили нам все инструкции, сказав, что уедут прямо с работы. Мама накануне наготовила еды, папа оставил две тысячи рублей, сказав, чтобы мы сходили в кино или еще куда-нибудь. Поскольку в кино мы могли сходить за пять сотен вдвоем, тысячи нам хватало на два сеанса, в субботу и в воскресенье, и еще оставалась тысяча на попкорн и прочие развлечения.
Когда я вернулся домой, Анечка уже сидела за моим компом и увлеченно смотрела порнуху.
- Санечка, я тут столько интересного видела, - затараторила она, не отрываясь от экрана.
- Анечка, а я разве разрешал тебе к моему компу подходить?
- Санечка, ну ты же не будешь на меня сердиться, я ничего тут не трогала, только броузер запустила, все, как ты делал, анонимную сессию. И никуда не заходила, только на тот сайт, где ты мне показывал.
- Ладно уж, не буду сердиться. Только ты без спроса больше не трогай. Сегодня-то ладно, родителей не будет, а в другие дни, вдруг ты увлечешься, а они придут.
- Хорошо-хорошо, без тебя больше не буду, - она чмокнула меня и снова затараторила: - я тут видела, как женщина дрочит мужчине, и как мужчина ласкает женщину! Давай попробуем?
Я обреченно вздохнул: если сестричка что-то задумала, теперь не отстанет. Дрочить-то хотелось, а то, что подрочить меня предлагает девочка, пусть и сестра, добавляло возбуждения. Но куда это все нас заведет? Я сказал:
- Ну ладно, давай.
Анечка запрыгала от радости:
- Я уже сегодня два раза, пока тебя не было, кончила, а ты, наверное, сам хочешь кончить, да? Давай, ложись, я тебе подрочу. Только знаешь что... давай разденемся, чтобы одежду не запачкать.
С этими словами Анечка моментально сбросила блузку, обнажив два восхитительных холмика грудей с маленькими розовыми сосочками, потом стянула юбочку и розовые трусики с зайчиками, оставшись совсем голенькой, и затеребила меня:
- Давай, Санечка, раздевайся!
Я тоже разделся и лег на кровать на спину. Сестричка улеглась рядом, повернувшись ко мне, и почему-то шопотом спросила:
- Можно? Только ты пока глаза закрой.
Я кивнул, замерев в предвкушении и почувствовал, как прохладные тонкие пальчики касаются моего разгоряченного хуя.
- Санечка, можно я сначала немножко потрогаю и рассмотрю, а?
Я снова кивнул. Пальчики прошлись по стволу, погладили головку, потом добрались до яиц и некоторое время поперекатывали их. Затем я почувствовал, как сестричка потянула кожицу вниз, обнажая головку.
- Ух ты, как здорово, - восхитилась Анечка, он такой твердый, а кожа такая мягкая, нежная. Тебе приятно?
- Да...
Анечка уселась между моих ног, взяла за яйца одной рукой, а другой стала, сначала неуклюже, но с каждым движением все ловчее, дрочить меня. Я приоткрыл глаза. Сестричка сидела с очень серьезным видом, чуть нахмурившись, и дрочила меня правой рукой. Ее маленькие грудки подрагивали в такт движениям. Это было так эротично, что я почувствовал подступившую сперму.
- Анечка, я сейчас кончу!
Сестричка кивнула и ускорила движения, чуть сжав яйца. Насмотрелась же, хотя получалось у нее супер. Сперма выплеснулась мне на грудь и живот мощной струей, потом еще одной, и еще, и еще. Когда все кончилось, я остановил Анечку, взяв ее за руку:
- Когда кончишь, головка становится очень чувствительной. Дальше не надо...
- Сейчас я все уберу, - она достала заранее припасенные салфетки и вытерла липкие лужицы с моего живота. – Ты же теперь немножко отдохнуть хочешь, да? Полежи спокойно. А у меня хорошо получилось? Я все, как в порнухе старалась делать.
- Ты умничка, - улыбнулся я сестре.
Анечка легла рядом и обняла меня, прижавшись ко мне так, что я хорошо ощущал ее маленькие грудки, и стала шептать мне на ухо всякую нежную ерунду:
- Санечка, я тебя очень люблю, ты самый лучший брат, ты самый лучший вообще.
Наконец, я потянулся и сказал:
- Ну что, теперь тебя приласкать?
Анечка кивнула, глядя на меня сверкающими глазищами. Я повернул ее на спину и легонько раздвинул ей ножки. Доверчиво глядя на меня, сестра чуть улыбалась в предвкушении. А я боялся сделать ей больно: опыта-то у меня в этом деле, можно считать, совсем не было, пара девчонок, которых удалось пощупать за пизду через одежду, не в счет. А тут нужно не просто пощупать, а довести девочку до оргазма. Причем так, чтобы было не хуже, чем она уже научилась сама. Я стал нежно поглаживать Анечкино тело, избегая, впрочем, касаться грудок: я слыхал, что когда они у девочек растут, то становятся болезненно чувствительными и можно легко сбить возбуждение неловким движением. Подвинувшись ниже, так, чтобы мне были видны чуть припухшие половые губки, я осторожно положил палец поверх писечки. Вспоминая все, что видел в порнухе, и как это делала вчера сама Анечка, я начал осторожно двигать пальцем, чуть проваливаясь между губок. Там было влажно и горячо. Я нащупал махонькую кнопочку клитора и стал ласкать его круговыми движениями. Анечка, уже возбжденная всем предыдущим, глубоко и часто задышала. Кнопочка заметно увеличилась и стала размером с горошину. Несколько минут я продолжал ласки, иногда опуская палец ниже и дотрагиваясь кончиком пальца до дырочки попки, накрывая при этом все остальное ладонью. От таких прикосновения Анечка вздрагивала, но не протестовала. Вдруг она задышала еще чаще, схватила мою руку и с силой прижала к своему лобку, согнула ноги в коленях и заерзала попкой, тихонько повизгивая. Потом резко выдохнула и легонько оттолкнула мою руку.

- Санечка, как хорошо! Это так приятно, когда не сама себя, а ты меня ласкаешь. Еще сделаешь так потом? А я тебя буду дрочить, правда это здорово, что мы можем так друг другу приятное делать? Мне так хорошо с тобой!
С этими словами сестричка повернулась ко мне и снова прижалась всем телом. Я укрыл нас простыней и мы лежали молча, довольно долго. Я даже задремал. Через полчасика мы все же встали, оделись и пошли ужинать. Сестра вдруг спосила:
- Санечка, а оральный секс это когда ртом? Девчонки говорили, но я им не очень верила.
- Да, малышка, это когда то же самое делают ртом.
- И мужчина женщине и женщина мужчине?
- Да.
У Анечки загорелись глаза:
- А давай мы с тобой ораль...
- Стоп. Сбавь обороты, сестричка. Мы с тобой близкие родственники, и секс между нами называется инцест. Это запрещено.
- Санечка, я читала про инцест, от него вред только если детей завести, там риск, что болезни всякие врожденные будут. А если без детей, то какой от этого вред? А мы же не собираемся с тобой детей заводить, - она хитро наморщила носик. – Ну давай хоть посмотрим, как это делается?
- А давай завтра, а то если ты все узнаешь сегодня, то завтра тебе скучно будет, - засмеялся я.
- Обещаешь, что завтра посмотрим и попробуем?
- Обещаю, обещаю, иди сюда, зрительница и пробовательница - с этими словами я сгреб сестричку в охапку и стал щекотать. Она визжала со смехом и вырывалась, потом прильнула ко мне и прошептала:
- Санечка, уже поздно, давай спать ложиться. Можно, я с тобой спать буду, мы будем голенькие, хорошо?
- А если мне вдруг сама понимаешь что захочется? Ты же все-таки не просто сестричка, а уже девушка, хоть и маленькая.
- А ты тогда меня разбуди, и я тебе подрочу. А сейчас обними меня. И знаешь что, дай мне свои ладони, только не двигай ими. – с этими словами она повернулась ко мне попкой, схватила мои руки и прижала ладони к пирамидкам своих грудок. Они были восхитительно мягкими и в то же время упругими, а сосочки щекотали ладони. Я чуть-чуть, совсем легонько, сжал их в руках. Анечка заерзала попкой, упершись прямо в мой вставший хуй. Я чувствовал, как он уютно разместился между бархатных половинок. Анечка сонно пробормотала:
- Это очень приятно, только смотри, Санечка, не сунь его в меня, а то порвешь девочке целочку.
Часть 3.
Субботнее утро застало нас лежащими лицом друг к другу, тесно обнявшись. Мой утренний стояк упирался сестричке куда-то в бедра, а ее носик тихонько сопел мне в ключицу. Мы чуть отстранились и с улыбкой посмотрели друг другу в глаза. Анечка опустила руку и легонько дотронулась до моего стояка.
- Ой, сейчас описаюсь, - вдруг заявила сестричка и выпорхнув из постели, скрылась в направлении туалета, сверкнув по дороге круглой белой попкой. Я вздохнул и стал одеваться.
Позавтракав, мы стали выбирать, на какой фильм сходить. Под энергичным давлением сестрички пришлось согласиться на какой-то полнометражный мультик про пони. Все же младшая сестра она всегда ребенок, подумал я. У меня даже защемило в груди при мысли о том, что она взрослеет буквально у меня в руках.
Мы пошли в киноцентр на дневной сеанс, взяли билеты на лучшие места и затарились колой и попкорном. Фильм был сугубо девчачий, я откровенно скучал, но что только не сделаешь для любимой сестрички! По дороге домой Анечка неустанно щебетала про всяких пони, называя их по именам. Знала она этих имен, как мне показалось, чуть ли не два десятка. После обеда сестричка стала напоминать про вчерашнее обещание:
- Санечка, давай посмотрим про оральный секс, а? Ну пожалуйста, ты же обещал!
Я снова залез на порносайт и стал показывать ролики про blowjob и cunnilingus. Некоторые из них были настолько хороши, что рука сама тянулась подрочить. Анечка тоже незаметно запустила руку под юбку и, по-моему, собралась было разок кончить. Опомнившись, она повернулась к мне, убирая руку:
- Санечка, давай попробуем, только чур я первая буду у тебя сосать!
Не имея сил сопротивляться (у меня после порнухи сперма просто в ушах звенела от этих слов) я кивнул. Мы снова разделись и легли в кровать.
- Анечка, только зубками поосторожнее, постарайся ими не царапать, когда будешь брать в рот.
Анечка кивнула и осторожно, одними губами, взялась за головку моего хуя. Я почувствовал тепло ее рта и чуть не кончил на месте, но сдержался и стал ожидать дальнейшего. Не выпуская головки из губ, сестричка стала облизывать ее своим влажным язычком. Потом вдруг засосала головку с силой, которую я никак не ожидал, и потому даже охнул. Придерживая мой хуй рукой, Анечка выпустила его изо рта и встревоженно спросила:
- Санечка, тебе не больно?
- Нет-нет, ты все очень хорошо делаешь, - откликнулся я, и она снова стала лизать и сосать. Собственно, это был первый раз, когда девушка сосала мой хуй. Я в своих фантазиях представлял себе за этим занятием кого угодно, но только не собственную младшую сестру, что не мешало сейчас мне наслаждаться. Я закрыл глаза и полностью отдался ощущениям.
- Анечка, я сейчас кончу!
Сестра что-то промычала и стала сосать еще сильнее. Я почувствовал, как сперма просто хлынула ей в рот. Анечка глотнула, потом закашлялась и отпустила меня. Сперма размазалась по ее щекам и стекала по подбородку. Сестричка вскочила и побежала в ванную, вернулась через пару минут умытая и улыбающаяся:
- Санечка, извини, я от неожиданности не все проглотила, в следующий раз у меня лучше получится, обещаю!
Я притянул сестричку к себе и стал ласково целовать ее личико, ушки и шейку. Она смеялась, выворачивалась, но не отталкивала меня. Я опрокинул ее на спину и стал целовать ее ниже, добрался до грудок и осторожно, одними губами, сжал сосочек, легонько дотронувшись до него языком. Анечка напряглась, потом прижала мою голову к себе и зашептала:
- Санечка, милый, поцелуй туда еще, только так же ласково, да, вот так, ох, теперь другую, да-да-да, ой, как хорошо!
Вдоволь наигравшись с вишенками ее сосочков, я двинулся еще ниже, зацеловал ее пупок, запустив туда язык, потом животик ниже пупка. Раздвинул ножки, между которыми чуть приоткрылись половые губки. Я не спешил лизать милую девчачью писечку, вспоминая читанные где-то советы: сначала поцеловать под коленками и внутреннюю поверхность бедер. Это вызвало бурную реакцию, сестричка глубоко задышала и даже засучила ножками, вцепившись руками мне в волосы. Я постепенно приближался к заветному местечку и наконец лизнул приоткрытую щелку снизу вверх. Анечка чуть взвизгнула и почти закричала:
- Даааа! Еще! Санечка, еще!
Я прильнул к очаровательной щелочке, вдыхая удивительный запах, в котором смешались невинность и вожделение. Мой язык скользил, лаская внутренние губки и иногда чуть проникая между ними. Когда я поднимался вверх и вращал языком вокруг растущей пуговки клитора, Анечка вздрагивала, как от удара током. Наконец она застонала, подняла колени и сжала ими мою голову. Я стал лизать и посасывать ее клитор, который чуть уменьшился в размерах. Вдруг Анечка взвизгнула и забилась в судорогах, не выпуская мою голову, и в рот мне хлынула солоноватая струя. Я не сразу сообразил, что это такое.
Анечка развела колени и зарыдала, как от большого горя:
- Саааанечка, прости, я ... ой прости, пожалуйста, я описалась! И тебя описала!
Я вытер рот рукой, поднялся к сестре, прижал ее голову к груди и стал утешать:
- Ну подумаешь, какая беда, с кем не бывает! – Она заревела еще громче:
- Ты теперь будешь думать, что я маленькая и писаюсь, а мне просто так хорошо было, я так сильно кончила, что не сдержалась. Прости, Санечка, прости, тебе очень противно было? Пойдем, я тебя умою!
- Нет уж! – я подхватил сестричку на руки и отнес в ванную и усадил на унитаз:
- Писай!
Она выпучила глаза:
- Я не могу при тебе писать...
- Интересно, - засмеялся я, - на меня писать можешь, а при мне нет!
Увидев, как скривилось ее готовое снова зарыдать личико, я стал ее утешать:
- Анечка, я пошутил, не обижайся, давай я пока под душем обмоюсь, а ты писай, - я залез в душ и задернул занавеску.
Через пару секунд я услыхал, как зажурчала струя в унитазе.
– А теперь я тебя помою.
С этими словами я затащил ее душ и стал поливать теплой водичкой Анечку, смывая остатки мочи с ее маленькой писечки. Она послушно, как в детстве, поворачивалась то одной, то другой стороной, потом я намылил ее и стал растирать пену по ее юному телу. Меня переполняла такая щемящая нежность, что даже перехватывало спазмом дыхание. Анечка продолжала всхлипывать, но все реже и реже, потом взяла у меня душ из рук и стала поливать мне лицо, приговаривая:
- А теперь мы Санечку помоем, чтобы братик был чистенький.
Я завернул Анечку с головой в большое махровое полотенце и отнес назад на кровать. Там я растер ее досуха, стараясь не задевать сосочки, просто аккуратно промокнув их. Потом стал целовать ее пяточки и пальчики на ногах, как делал в детстве. Между ножками виднелась родная писечка. Анечка сладко потянулась.
- Санечка, можно я тебе что-то очень-очень важное скажу? Иди сюда, поближе.
Я прилег рядом.
- Санечка, я очень люблю тебя... нет, не перебивай, я должна сказать... я давно поняла, что я люблю тебя, еще когда мне семь лет было. Только я не знала, что это значит. А теперь знаю. Я люблю тебя как мужчину, я хочу, чтобы ты был моим мужчиной, я хочу быть с тобой всегда! Я хочу, чтобы мы потом стали мужем и женой.
- Анечка, родная моя, мы же брат и сестра, какие там муж с женой, да и рано тебе думать об этом!
- Ага, как сосать, так большая, а как любить, так сразу маленькая, - надула она губки, впрочем, явно не обижаясь всерьез, - ты лучше послушай, я все придумала. Мы с тобой уедем в другой город, где нас никто не знает. Я поменяю фамилию и мы поженимся. Все равно никто никогда не будет тебя так любить, как я! Я даже придумала, как нам быть с детьми, чтобы не было инцеста. Я сделаю искусственное оплодотворение, родится ребеночек, он будет наш. И по крови он будет тоже твой, потому что я твоя сестра. А то, что он будет еще чей-то, так если ты женишься на ком-то другом, он тоже будет еще чей-то. А если захотим, я рожу много детей.

- Анечка, я даже не знаю, с какого места тебе начать объяснять, что ты придумала не... – тут я осекся, глядя в не по-детски серьезные глаза своей сестры. Я понял, что обидеть ее сейчас можно запросто. Все равно весь ее «план» рассчитан на когда-то потом, за это время она еще встретит своего настоящего мужчину. А сейчас... главное, чтобы она каких-нибудь глупостей не натворила.
– Ну, допустим, а что мы скажем родителям?
Анечка призадумалась. Было ясно, что этот момент она совершенно упустила из виду.
- Я... я пока не знаю. Но мы что-нибудь придумаем, правда? Главное, чтобы ты меня любил, Санечка, тогда мы все проблемы решим.
Я стал медленно целовать щеки и губы своей такой любимой, такой взрослой, но еще такой маленькой и глупенькой сестрички, говоря между поцелуями:
- Анечка, я тебя очень-очень люблю, еще с того момента, как тебя крошечную принесли из роддома. Я очень хочу, чтобы у тебя в жизни все было хорошо. Мы сейчас все равно ничего не можем сделать, поэтому давай мы вернемся к этому разговору через несколько лет, хорошо, родная?
- Конечно, мой милый Санечка, мне сейчас важно, что ты не послал меня с этими глупостями. А за несколько лет я все-все придумаю, мой самый-самый, мой первый и главный мужчина! Да, я знаю, что я не совсем твоя, пока ты не порвал мне целочку, - она накрыла ладошкой свою писечку, - но потом мы это сделаем обязательно. Тебе понравится, я постараюсь! А пока я тебе буду сосать, когда ты захочешь, дрочить, а ты меня лизать, и вообще...
Тут она спрыгнула на пол и хитро улыбаясь, потянула меня в сторону компьютера:
- А я когда смотрела твою порнуху, видела, что бывает еще и анальный секс! Только я не все поняла. Давай посмотрим?
Я вздохнул. Что-то подсказывало мне, что завтра нас ждет очень насыщенное воскресенье.
Часть 4.
В воскресенье с самого утра неожиданно зарядил дождь и Анечка решительно отказалась от похода в кинотеатр:
- Промокнем до нитки, смотри, какой ветер, давай лучше дома побудем, а?
Я осторожно сказал:
- Только смотри, если ты надумаешь что-нибудь вроде вчерашнего, то имей в виду, родители могут вернуться раньше, чем собирались. Сама понимаешь, что будет, если они застанут нас за...
- А мы им позвоним и все узнаем! – довольная своей сообразительностью заявила Анечка, метнулась к телефону, набрала номер и затараторила:
- Доброе утро, мамочка! У нас тут дождь пошел, мы в кино не пойдем... да, вчера ходили, про пони смотрели, помнишь, я тебе говорила... ага, и колу, и попкорн, Санечка такой молодец... а как у вас там погода? Солнечно? Здорово... а тут уныло, мы будем дома. Вас когда ждать? Понятно, что не сейчас... ага... ага... ясно... только осторожно езжайте... ага, и позвоните, когда поедете, чтобы мы тут не очень волновались... да, взрослая... да, волнуюсь... Ага, поцелуй папу, дядю Гришу и тетю Иру, все, мамуль, чмок!
Она выключила телефон и сказала:
- Ну вот, они часам к десяти приедут: в 6 футбол и они будут смотреть, к 8 закончится, ехать им часа два, если без особых пробок, так что до 8 часов мы точно можем делать, что захотим! Давай про анальный секс посмотрим?
Я вздохнул и запустил комп. Так, что бы эдакое найти, чтобы сестричке не особо захотелось самой попробовать... Ага, «первый раз анал» самое то: там тетка от боли вопить будет, когда ей в жопу превый раз засовывают, может напугаю.
Ролик, конечно, был постановочным, но актриса очень убедительно демонстрировала, как ей больно: стоя раком, кусала губы, охала, кривила лицо, стонала, отталкивала актера ладонями. Анечка, затаив дыхание, смотрела, как довольно больших размеров хуй медленно раздвигает головкой колечко ануса. После нескольких фрикций актеры сменили позу. Несколько минут, и взятый крупным планом хуй запульсировал, сливая сперму в глубины жопы. Потом актриса присела, раздвинув ноги, и из нее медленно выкатился сгусток спермы.
Анечка шумно вздохнула.
- Санечка, давай попро...
- Стоп, - перебил я ее, - ты хоть понимаешь, что это очень больно, особенно первый раз?
- А я хочу, чтобы ты в меня кончил, раз нельзя в пизду, - произнеся это слово, сестричка слегка покраснела, запнулась, но решительно продолжила, - то хотя бы в попу. Ты не бойся, я там буду чистенькая, я клизму сделаю.
Я понял, что она не отступится от своей идеи. Господи, несколько дней назад мне и в страшном ночном кошмаре не могло привидеться, что моя младшая сестра уговаривает выебать ее в жопу...
- Ладно, но если будет больно, ты не терпи, а тут же мне говори!
Я стал припоминать все, что я читал про анальную дефлорацию. Во-первых, в анусе нет смазки, поэтому надо смазать чем-нибудь вроде вазелина или крема. Во-вторых, желательно, чтобы хуй не стоял столбом, а был не до конца возбужденным. В-третьих, глубоко нельзя засовывать. Ну и резко не выдергивать, если больно, а медленно вытащить. Вот в какой позе лучше начинать, я не помнил, решил, что сзади на боку будет нормально.
Анечка упорхнула в ванную, где зашумела вода, видимо взялась за клизму. Я, тем временем, нашел у родителей увлажняющий-заживляющий крем с алоэ, должно сойти. Стал легонько подрачивать, и доведя себя до полуготовности, смазал ствол кремом.
Вернувшись из ванной, Анечка доверчиво поглядела на меня и сказала:
- Санечка, давай, я не боюсь, правда!
- Хорошо, ложись ко мне попкой и подогни колени. Вот так, ага. И потяни половинку рукой вверх, чтобы мне все видно было. Теперь расслабься, а я тебе дырочку кремом смажу.
С этими словами я зачерпнул крема и стал втирать его вокруг ануса, постепенно сужая круги, пока не ощутил под пальцами дырочку. Медленно, по миллиметру, я стал погружать в нее указательный палец, двигаясь то внутрь, то наружу.
- Ты знаешь, Санечка, это совсем не больно!
- Погоди, это только палец, да и то, совсем чуть-чуть.
Я стал двигать пальцем глубже, время от времени добавляя крема, стараясь смазывать попку изнутри.
- Ну все, давай, я уже совсем готова!
Я, взяв полувставший хуй рукой, осторожно приставил головку к анусу сестрички. Постепенно усиливая нажим, я стал проталкивать головку в тугое колечко. Анечка шумно и часто дышала, но не возражала против вторжения. Внезапно головка скользнула внутрь сразу на три-четыре сантиметра. Анечка взвизгнула от неожиданности и уперлась мне в бедро ладонью.
- Больно? – встревоженно спросил я.
- Чуть-чуть, ничего, это я больше он неожиданности. Давай дальше.
Я продожил проникновение, медленно погружаясь в теплую попку. Потом потянул назад, тоже очень медленно. Не выйдя совсем, снова стал совать внутрь. Тут Анечка внезапно заверещала и дернулась от меня. Я успел придержать ее, чтобы не выдернуть ей прямую кишку наружу резким движением. Глядя на меня полными слез глазищами, сестричка проскулила:
- Ой, это гораздо больнее, чем я думала, нет-нет, все, больше не будем пробовать.
- Конечно, милая, конечно. – я прижал ее к груди и стал гладить и целовать волосы, лоб, щеки, губки. Анечка тихонько всхлипывала, но ничего не говорила. Через несколько минут я сказал:
- Ну-ка, покажи мне свою попку, надо понять, не повредил ли я тебе что-нибудь.
Анечка перевернулась на живот и, всхлипывая, потянула руками половинки попки в стороны. Я внимательно рассмотрел перемазаный кремом анус. Вроде все нормально, никаких повреждений не видно, крови тоже.
- Вот что, сестричка, мы этим видом спорта больше заниматься не будем. Это должно быть приятно, а не больно. Пойдем-ка лучше смоем крем и я тебе писечку полижу, хорошо?
- Хорошо, Санечка, - снова всхлипнула она и покорно позволила увести себя в ванную, где я осторожно смыл остатки крема с ее попки и со своего хуя. Мы вернулись в спальню. Продолжая изредка всхлипывать, Анечка улеглась боком на кровать, поджав коленки к груди. Я сел рядом, поглаживая ее плечики и спинку.
- Санечка, - вдруг сказала она дрожащим голосом, - ты прости меня, я правда хотела, чтобы тебе было хорошо. Не обижайся, ладно? Я потом все сделаю...
- Ну что ты, сестричка, это я виноват, не надо было поддаваться на твои уговоры. Хочешь, я тебе полижу между ножек?
- Не обижайся, но не надо, мне до сих пор больно, я теперь боюсь.
- Ну-ка, дай я еще раз посмотрю, что там и как.
С этими словами я перевернул сестру лицом вниз и снова стал изучать колечко ее ануса. Насколько я мог судить, там не было ссадин. Я осторожно дотронулся пальцем до дырочки попки. Анечка дернулась было, но тут же затихла.
- Так не больно?
- Вроде уже нет, - неуверенно сказала она, - такое ощущение, как будто был сильный запор, а потом прокакалась, - тут она зажала рукой рот и испуганно посмотрела на меня.
- Маленькая ты моя, прости, что я сделал тебе больно. – Я привлек сестричку к себе, она уткнулась носом мне в шею и затихла.
Какое-то время мы провалялись в обнимку, шепча друг другу на ушко всякие милые глупости, Анечка успокоилась, перестала всхлипывать и даже заулыбалась.
- Ладно, Анечка, надо вставать и приводить все в порядок к приезду родителей.
Анечка отправилась мыть посуду, а я собрал разбросанную по комнатам одежду, привел в порядок ванную. Вернувшиеся родители застали нас с чаем у телевизора.
Часть 5.
После этих насыщенных событиями выходных наша жизнь стала протекать по более-менее привычному сценарию: к моему возвращению Анечка уже с нетерпением ждала меня, чтобы отсосать. Потом я лизал ее, доводя до двух, а иногда и трех оргазмов. Она созналась мне, что иногда дрочит до моего прихода, а иногда еще и перед сном. К своим планам на будущее Анечка не возвращалась, и я уж было решил, что она все позабыла.
Как-то раз она, покраснев, сказала:
- Санечка, у меня пока перерыв будет, месячные пришли. Но я тебе могу сосать, это не мешает.
- Нет, - решительно сказал я, - раз тебе нельзя, то и я подожду.

На долгие пять дней наши сексуальные игры прервались. А когда возобновились, Анечка стала вести себя как-то странно: иногда она подолгу задумывалась, время от времени я ловил на себе какой-то странный взгляд. Встретившись глазами, она краснела и резко отворачивалась. Несколько раз она вроде собиралась мне что-то сказать, но каждый раз сдавала назад. При этом наши оральные ласки продолжались, мы осваивали все новые и новые приемы и разновидности, сестра научилась лизать и сосать мои яйца, а я стал ласкать пальцем ее попку.
Иногда я, приходя из школы, заставал у Анечки ее подружку, Маринку. Они о чем-то шептались и хихикали у себя в комнате, потом Маринка тихонько выскальзывала за входную дверь, а Анечка теребила меня, требуя ласки.
- Ты там Маринке смотри, случайно не проболтайся о наших делах!
- Что ты, Санечка, я же понимаю! – делала она круглые глаза.
Но вот, как-то раз после ухода Маринки, Анечка решилась и затараторила все быстрее и быстрее:
- Я тут вот... Хочу тебе рассказать... Давно... только ты не сердись, ладно? Мы с Маринкой разговаривали про мастурбацию, ну и так получилось, что я ее научила. А потом мы с ней попробовали друг друга. И пальцами, и лизать. Я видела в порно как две девушки это делают, это называется лесби. Но это же не страшно, правда? Я все равно люблю только тебя, а с Маринкой это просто такие эксперименты, надо же было попробовать. Ты не сердишься? Скажи, что ты не сердишься, Санечка! Если скажешь, я больше с Маринкой не буду, только ты не сердись, я ... вот.
С этими словами она уставилась на меня, ожидая приговора. Сказать, что я рассердился, значит ничего не сказать. Я был просто в ярости. Несколько секунд я просто молчал, пытаясь взять себя в руки: еще не хватало нам поссориться.
- Анечка, ты хоть понимаешь, что теперь от твоей Маринки зависит, что про твои эксперименты никто не узнает? А если Маринка завтра станет еще с кем-нибудь экспериментировать? С девочкой, с мальчиком... Да и разболтает про тебя. А там и до неших дел доберутся.
- Санечка... – ее глаза наполнилась слезами, - ну хочешь, я больше с Маринкой не буду этим занима...
- Глупенькая, - перебил я ее, уже успокоившись. Я привлек ее к себе, стал целовать, слизывая соленые слезки с ее милых щечек. – Теперь уже поздно, можешь продолжать, если хочешь, хуже не будет. Будем надеяться, что Маринка твоя не из болтливых.
- Ой, Санечка, да не расскажет она никому, мы же с ней с первого класса лучшие подруги, а в тебя она вообще влюблена с тех пор еще, как ты меня с продленки забирал в том же первом классе.
- Стоп, а я-то тут при чем?
Сестричка смутилась и пробормотала:
- Ну понимаешь, когда она стала спрашивать, откуда я все знаю, я намекнула, что у тебя узнала...
- Таааак... Ну, давай, рассказывай все. Совсем все, ничего не скрывай, если не хочешь, чтобы я сильно рассердился.
- А больше нечего рассказывать... Ну почти. Я ей по секрету сказала, что подглядывала и видела, как ты дрочишь. Ну и пригрозила, что расскажу родителям, а ты, чтобы я молчала, согласился мне на всякие вопросы про секс ответить. А что еще я могла ей сказать, чтобы она не догадалась?
Я просто охренел и сидел молча, укоризненно глядя на сестричку.
- А еще... я ей сказала, что был такой момент, что я потрогала твой член, и что ты очень ругался. А она сказала, что тоже хотела бы тебя потрогать, и даже подрочить тебе, что она тебя любит и хочет, когда у нее сиськи побольше вырастут, с тобой закрутить. А я сказала, что только с моего разрешения. Вот. Теперь все.
Я дождался, чтобы земля под ногами перестала раскачиваться.
- Вот что мне делать теперь, а?
- Санечка, а хочешь, я не буду дверь плотно закрывать и ты подсмотришь, как мы это делаем? А потом скажем Маринке, что ты все видел, и чтобы она молчала, если не хочет, чтобы ты всем рассказал? Или наоборот, ты подрочишь, а мы будем подсматривать, Маринка обрадуется и никому не скажет...
- Стой, стой! Никаких таких фокусов! Мы и так с тобой тут наворотили, но тут уж ничего не поделаешь.
- Ладно, все, - засопела сестричка. – Маринка правда в тебя влюблена, а у нее сисечки не хуже моих, и вообще она красивая и умная. И попка такая круглая и нежная... Ой, слушай, я придумала! – Анечка захлопала в ладоши, - а давай ты на Маринке женишься, и мы будем втроем жить, никто не догадается, а я не против, чтобы ты с Маринкой, ну, по-всякому, и чтобы ебался с ней, - тут Анечка слегка покраснела, - и чтобы дети у вас были. А я тоже рожу потом от кого-нибудь, будем детей все вместе растить, правда я здорово придумала?
Вот неугомонная, а?
- Ладно, малышка, иди ко мне, у нас есть еще время до прихода родителей, а я по твоей милой писечке соскучился, - с этими словами я уложил сестричку на кровать и зарылся лицом между ее раскинутыми ножками.
А с Маринкой потом решим, что делать. Может быть это не такая уж плохая идея.

← К рассказам
Оцените рассказ