Я снова проснулся поздно, это начинало входить у меня в привычку. Как ни странно, но заставило меня вскочить с кровати то, что в доме слишком тихо. На кухне никого. В воздухе витал запах кофе, но очень слабый. Я вышел наружу. Аня сидела на крыльце босиком, в тех же коротких шортах и простой майке, и смотрела куда-то в сторону леса. Когда я вышел, она даже не обернулась.
— Доброе утро, - сказал я.
— Доброе.
Аня отозвалась глухим голосом. Я сел рядом на ступеньку. Несколько минут мы просто сидели и молчали.
— Ты вчера поздно приехал, - наконец произнесла она, всё ещё не глядя на меня. - Я слышала машину.
— Да. Дела были.
— Дела. - Она коротко усмехнулась. - Пахло чужими духами, когда ты проходил мимо моей двери. Женскими.
Я замер. Она всё-таки услышала меня.
— Аня...
— Не надо. - Она наконец повернула голову. Глаза были спокойные, но в них блеснула сталь. - Я не ребёнок. Можешь не объяснять. Просто... интересно. Ты вчера весь день смотрел на меня, а потом поехал к какой-то женщине. Я правильно понимаю?
Я молчал. Врать не хотелось, а правду говорить - тем более.
— Ты ревнуешь, что ли? - спросил я тише, чем планировал.
Она пожала плечами.
— А должна? Я же просто дочь твоего друга. Маленькая, глупая Анечка. Правда, дядя Саша?
Вот оно. Слово «дядя» сейчас прозвучало почти ядовито.
Я вздохнул и потёр переносицу.
— Аня, хватит. Ты играешь с огнём. Вчера, позавчера... все эти футболки, взгляды, купальники. Ты думаешь, это безобидно? Я мужчина. Не святой. И если ты продолжишь в том же духе, рано или поздно случится то, о чём мы оба потом пожалеем.
Она смотрела на меня долго. Потом вдруг тихо сказала:
— А что, если я не пожалею?
— Тогда тем более. Потому что я - пожалею.
Она устало вздохнула:
— Ну да, потому что я маленькая, и взрослому мужчине будет со мной неинтересно, я помню.
— Ты тогда сама завела тот разговор про "Лолиту".
— Я тебя просто дразнила...
— Тогда ты должна знать, что это работает в обе стороны.
Последние слова я произнес, забавляясь ее реакцией. Сейчас она снова выглядела другой: девушкой, которую хотелось обнять и защитить от всего. Сколько же в ней ипостасей? Пока я об этом думал, Аня снова повернулась ко мне и прошептала:
— А если я докажу, что со мной можно на равных общаться? И... жить? Ты изменишь свое мнение?
— Аня, я правда считаю тебя достаточно взрослой для твоих лет. Или ты хочешь предложить что-то конкретное?
Я видел, как девушка замялась. Видимо, идея у нее и правда была, но она стеснялась ее предложить. И через секунду я понял, почему.
— Давай проведем этот день вместе. Как равные. Как партнеры. Будем вести хозяйство, общаться обо всем, совместные планы, текущие проблемы. Я обещаю, что не буду дразнить тебя, не буду искушать. Хочу, чтобы ты увидел во мне взрослую. Хочу, чтобы сегодня мы провела день как муж и жена.
Я открыл рот, чтобы возразить. Последняя фраза меня немного покоробила, хотя и было в ней что-то.. Притягательное. Но я был не создан для брака, а играть в это было глупо..
— Без секса и всего остального - поспешно добавила девушка, подумав, что мои мысли сейчас совсем о другом - Просто как партнеры.
Я вздохнул. Ее идея была глупой и странной, но если один день принесет мне покой до конца недели, то.. почему бы и нет.
— Хорошо, я согласен. Но только один день. А завтра ты перестанешь делать глупости и будешь пай-девочкой.
Аня кивнула с серьезными глазами и постаралась скрыть торжествующую улыбку. На мгновение у меня возникло ощущение, что все идет по какому-то непонятному для меня плану, и мне это не очень нравилось. Но отступать было уже поздно, поэтому я добавил:
— Раз теперь ты моя жена, то можешь называть меня просто Саша, без дяди.
— Саша.. - она произнесла это имя несколько раз, будто смакуя на языке. - А мне нравится.. Ну что, дорогой, приготовить тебе завтрак?
Последние слова она произнесла, вставая со ступенек, одновременно подмигивая и показывая мне язык. Я снова вздохнул, кажется это будет долгий день.
Я кивнул в ответ на ее вопрос, и она действительно ушла на кухню. Через двадцать минут на столе стояла яичница с помидорами, свежий хлеб и кофе, который на этот раз был горячим. Аня села напротив, уже без всякого кокетства, просто положила локти на стол и спросила:
— Ну что, мой муж, с чего начнём наш день? Или ты просто хочешь, чтобы я оставила тебя в покое и сидела тихо в своей комнате?
Я посмотрел на неё поверх кружки.
— Ты серьёзно собираешься весь день вот так?
— А ты думал, я шутила? - Она пожала плечами. - Я умею готовить. Умею вести хозяйство. Умею поддержать диалог. Даже молчать умею, когда нужно. Просто родители считают меня маленькой девочкой. Им так спокойнее. Да и мне тоже.
Я отпил кофе и поставил кружку.
— И давно ты так думаешь?
— Давно. - Она наклонила голову, разглядывая меня. - Просто раньше не было повода говорить об этом вслух. А сейчас... сейчас есть. Ты же сам сказал, что считаешь меня достаточно взрослой. Вот я и проверяю.
— Проверяешь что именно?
— Сможешь ли ты относиться ко мне как ко взрослой девушке, а не как к маленькой девочке, за которой надо примотреть, чтобы она не наделала глупостей.
Я лишь хмыкнул в ответ, но спорить не стал. После завтрака мы не стали заниматься хозяйством, хотя мысль проверить юную "жену" у меня была. Я приехал сюда отдыхать, и она, кажется, это понимала лучше, чем я ожидал. Мы просто сидели на крыльце с чаем. Потом она предложила:
— Может, пройдёмся до пруда? Купаться не будем - Она снова улыбнулась мне, и я чуть покраснел, вспомнив ее вчерашний наряд - Просто будем гулять и разговаривать. Здесь очень красиво, я вчера это поняла. Никуда не хочется торопиться, как будто ты уже там, где надо.
Я согласился, удивившись тому, как девушка точно передала мои мысли. Мы шли медленно, лишь изредко обмениваясь фразами. Странно, но мне было комфортно от этого.
— А тебе не бывает страшно вот так надолго выпадать из жизни? - вдруг спросила она, когда мы остановились у воды. - Без звонков, без людей, без ощущения, что ты кому-то нужен прямо сейчас.
— Иногда бывает. Но чаще - наоборот. Страшно возвращаться.
— Потому что там снова приходится куда-то бежать?
— Потому что там всё слишком чужое после этого места.
Она кивнула, будто поняла больше, чем я сказал.
— А я ощущаю все наоборот. Мне страшно, когда слишком тихо. Как будто меня нет. Поэтому я и болтаю иногда глупости. Или дразню.
Я посмотрел на неё сбоку. Она стояла босиком на траве, руки в карманах шорт, и впервые за эти дни выглядела не вызывающе, а просто... настоящей.
— Ты сейчас не дразнишь, - заметил я.
— Нет. - Она улыбнулась уголком губ. - Сегодня мне нельзя.
Я не мог не улыбнуться ей в ответ. Мы продолжили нашу неторопливую прогулку, вернувшись к дому уже ближе к обеду. Аня сама сказала:
— Давай я приготовлю нормальную еду. Не макароны или яичницу. Я видела кусок размороженного мяса в холодинике. И картошка осталась.
— Хорошо - я улыбнулся - Кажется, ты слишком вжилась в свою роль.
— Тебе нравится? - Прищурилась она с улыбкой и, не дождавшись ответа, продолжила - Вот и не жалуйся тогда.
Пока она готовила, я сидел в гостиной с книгой, которую так и не открыл, думая о девушке рядом, слушая как она двигается по кухне. Странно, но сейчас я ощущал, что все стало еще спокойнее, хотя я был и не один. Кажется, я задумался очень надолго, уйдя в себя. Мои мысли прервала Аня, позвав мне к столу. Когдя я вошел на кухню, на столе уже стояло жаркое и свежие огурцы.
— Обычная домашняя еда, не кафе или ресторан - Она улыбнулась мне, вспомнив наш диалог пару дней назад.
— Мне не нужен ресторан - Я улыбнулся девушке в ответ, чувствуя, как тепло разливается внутри.
Мы принялись есть, и она вдруг спросила:
— А ты никогда не думал жениться?
Я чуть не подавился.
— Думал. Несколько раз. Не сложилось.
— Почему?
— Разные причины. Когда-то я был слишком молод для этого, потом... Кто-то хотел слишком много контроля над моей жизнью. Сложно объяснить. Но в последние годы я понял, что быть одному проще - Я чувствовал, что как будто начинаю оправдываться
— Не надо объяснять, если не хочешь. - Она пожала плечами. - Я просто спросила. Мне интересно, что у тебя внутри, что ты чувствуешь, чего хочешь.
Я молчал немного дольше, чем планировал.
— А тебе? - спросил вдруг сам. - Ты уже думала об этом? О том, с кем и как.
Аня чуть улыбнулась, внимательно посмотрев на меня.
— Думала. И я расскажу тебе об этом, но чуть позже, хорошо? Пока я не готова...
После обеда я сказал, что схожу к озеру - просто посидеть и подумать, как обычно делаю в эти дни. Аня, нисколько не обидевшись, только кивнула, собирая со стола тарелки:
— Хорошо. Я понимаю, что тебе это нужно. Я пока уберу здесь и, может, почитаю. Буду ждать тебя.
Я ушёл, удивившись тому, что она и правда понимает то, что мне нужно. Сидел у воды дольше обычного, кидал плоские камешки, смотрел, как расходятся круги. Аня не шла у меня из головы. В голове крутилось всё, что она говорила за этот день. Я чуствовал, что мне нравится быть с ней и пытался отбросить мысли о том, что это неправильно со всех сторон.
Вернулся я уже ближе к вечеру. Аня сидела на крыльце с чашкой чая и сразу подняла на меня глаза:
— К тебе приходили. Твой сосед. Юра. Минут сорок назад.
Я остановился у ступенек.
— И что?
— Звал тебя вечером в гости. Сказал, что приехал на пару дней и наладил свой аппарат. Звал на первачок - Она улыбнулась, глядя мне в глаза.
Хм, Юре я был рад, он тоже жил здесь наездами, хоть и чаще, чем я. Ему было лет 50, но он был пенсионером и занимался каким-то инвестициями и прочим. Я не спрашивал, откуда у него капитал, и это была единственная тема, которую мы не обсуждали. В остальном Юра был невероятно компанейским человеком, с которым можно было поговорить обо всем. Иногда он приезжал с женой, которая была лет на десять его младше, и тогда мы сидели втроем, просто болтая о жизни. Однако меня смущало другое:
— Он не увидивился, увидев тебя?
— Немного, но я сказала ему, что я твоя жена - Аня смотрела на меня очень серьезно, но в глазах играли задорные огоньки - Он сказал, что тебе со мной очень повезло. Во всех смыслах. Что бы это ни значило.
Я потёр переносицу.
— Аня...
— Знаю. Это было лишним. - Она улыбнулась, глядя на меня, и я не смог сдержать ответную улыбку - Но сегодня я и правда твоя жена, вот я и не сдержалась.
Я сел рядом на ступеньку, стараясь не обращать внимания на язычок, который она мне показала.
— И что, теперь мне надо у тебя отпрашиваться? - Я посмотрел на нее, улыбаясь и принимая ее игру.
— Нет, я не из тех жен. - Она снова стала серьезной. - Я считаю, что у каждого должно быть свое пространство и доверяю своему мужу. Так что тебе и правда со мной повезло.
Я посмотрел на неё сбоку, не понимая, насколько она сейчас серьезна. Меня это сбивало с толку, и я решил, что с этой игрой пора заканчивать. Слишком все это было.. естественно. Но я подумал, что это подождет до вечера.
— Ладно, - сказал я наконец. - Тогда пойду переоденусь, постараюсь долго не засиживаться.
— Не торопись. - Она чуть улыбнулась. - Я никуда не уйду.
Я кивнул и поднялся в дом переодеться. Аня осталась на крыльце с чашкой, глядя куда-то в сторону леса. Я старался не думать о том, что чувствую в этот момент.
Вскоре я уже стоял у калитки Юры. Тот открыл быстро, как будто ждал меня:
— Саныч! Ну наконец-то. Заходи, пока первач не выдохся.
Дом у него был побольше моего, но такой же деревянный, с запахом смолы и старого табака. На столе уже стояла бутылка, две стопки и нарезанное сало с огурцами. Юра налил, мы чокнулись и выпили. Первач оказался крепким и чистым, сразу ударил в голову приятным теплом.
— Ну рассказывай, - сказал он, устраиваясь напротив. - Жена, значит. А ты молчал, гад. Сколько уже?
Я поставил стопку и покачал головой.
— Не жена, Юр. Совсем не жена.
Он поднял брови.
— А кто тогда? Днём она мне прямо сказала...
Я вздохнул и рассказал ему, в какую ситуацию я угодил. Без подробностей, только в общих чертах. Юра некоторое время молчал, крутя стопку в пальцах. Потом тихо свистнул.
— Ну ты даёшь. А я уж обрадовался за тебя. Думал, наконец остепенился.
— Не обрадовался бы, если б знал всю картину.
— Сколько ей?
— Восемнадцать.
Он тяжело вздохнул, налил себе ещё и мне, хотя я не просил.
— Сложно тебе будет. Видел я её. Красивая. И смотрит... очень по-взрослому. Ты сам-то как?
— Как могу. Стараюсь держать дистанцию.
— Ну-ну. - Юра хмыкнул без злости. - Держи, конечно. Только я тебя знаю. Если она сама лезет - будет тяжело. Особенно здесь, где кроме вас двоих никого. - Он чокнулся своей стопкой о мою. - Главное - голову не потеряй. А то потом и другу в глаза будет неловко смотреть, и себе.
Я кивнул, мой сосед был прав. Надо было это заканчивать, завтра же я поговорю с Аней. Но тут Юра вдруг продолжил:
— С другой стороны.. Если у тебя намерения серьезные, то.. Почему бы и нет? Девушка твоя - настоящее сокровище. Поверь старому волку, опыт-то у меня ого-го в таких делах - Он захохотал - Пока жены рядом нет, могу такие вещи сказать.
— Юр, нет у меня никаких намерений - Отмахнулся я от его слов - Я в два раза ее старше.
— Ну-ну.. - он внимательно посмотрел на меня - ну да, конечно, нет...
После этого разговор постепенно свернул на привычные темы. Юра рассказывал истории из своего армейского прошлого, я делился мыслями про свою работу и текущую ситуацию. После очередной стопки внутри стало тепло, но слова соседа насчет Ани засели внутри.
К половине десятого я уже чувствовал, что пора. Юра не стал уговаривать остаться.
— Иди. И аккуратнее там. Серьёзно.
— Постараюсь.
Домой я шёл медленно. Воздух был тёплый, но от леса тянуло свежестью. В голове крутились и слова Юры, и лицо Ани, наши разговоры.
Дом встретил меня тишиной. На кухне горела одна лампа. На столе стояла тарелка, накрытая другой, рядом - кружка с остывшим чаем. Но я не хотел есть, решив, что сейчас лучше поспать. а завтра на трезвую голову решить все с моей соседкой. Я поднялся на второй этаж почти беззвучно и толкнул дверь в свою спальню. И тут же застыл.
Моя кровать была не пуста. Аня лежала в ней поверх одеяла. В простой майке и тех же коротких шортах. Волосы распущены по подушке. Она не спала - смотрела на меня спокойно, без улыбки.
— Вернулся, - тихо сказала она. - Я думала, задержишься дольше.
Я остановился на пороге.
— Ты чего здесь?
— Супруги должны спать вместе. - Она снова улыбнулась мне. - Это тоже часть нашего дня. Или ты уже забыл?
Я молчал несколько секунд.
— Аня... мы договаривались без всего этого. И вообще игра затянулась.
— Я помню. - Она села, подогнув ноги под себя. - Но мы просто будем спать рядом. Просто ляг. Пожалуйста. Мне... спокойнее, когда ты рядом.
Я должен был развернуться и уйти в гостиную. Но алкоголь сделал свое дело, мои мысли притупились, и какая-то часть меня сказала, что не будет ничего плохого в этом. И вместо того, чтобы уйти, я закрыл дверь, подошёл к кровати и сел на ее край. Она подвинулась, освобождая место. Я лёг на спину. Несколько минут мы просто лежали в темноте, слушая дыхание друг друга и далёкий шум леса за окном.
Потом она тихо повернулась и положила голову мне на плечо. Рука легла на грудь - легко, почти невесомо. Я чувствовал её тепло сквозь тонкую ткань майки. Запах волос. Ровное дыхание у шеи.
Я лежал неподвижно, глядя в потолок. Аня не двигалась, не пыталась ничего сделать. Просто лежала рядом, тёплая и тихая.
Через некоторое время её дыхание стало глубже и ровнее. Она уснула, так и не убрав голову с моего плеча.
Я слушал, как она дышит, чувствовал тяжесть её руки на груди и понимал, что сегодняшний день закончился совсем не так, как я ожидал утром. И что завтра будет ещё сложнее.
Я не сразу понял, что заснул.
Сон пришёл тяжёлый и такой же бессвязный, как в первую ночь. Сначала только ощущения: чьи-то тонкие пальцы скользят по груди, спускаются ниже. Мягкие губы касаются шеи, потом двигаются вниз по животу. Светлые волосы щекочут кожу. Я стону во сне, бёдра сами подаются навстречу. Губы смыкаются вокруг меня — влажно, жадно, медленно. Я запутываю пальцы в этих волосах, не видя лица, и двигаюсь навстречу. Всё смешивается: запах кожи, тихие влажные звуки, жар, который разливается по телу.
Потом все меняется. Я уже не лежу пассивно - я накрываю кого-то собой. Узкая талия, упругие бёдра, горячая кожа. Кто-то под мной тихо дышит, разводит ноги шире. Я чувствую, как головка упирается во что-то мягкое, влажное, и начинаю давить глубже. Сопротивление. Сладкое, тугое. Кто-то под ним резко выдыхает и цепляется за плечи. Я двигаюсь медленно, входя всё дальше, и удовольствие нарастает волнами, хаотично, без всякой логики. Голос - низкий, срывающийся - шепчет совсем близко к уху что-то похожее на моё имя.
Удовольствие было слишком реальным.
Я открыл глаза.
Комната была тёмной, но уже не совсем - сквозь шторы пробивался слабый предрассветный свет. Я лежал между разведённых ног. Мой член был только частично внутри - головка и ещё немного. Горячо. Тесно. Настолько тесно, что двигаться было почти больно. Под руками - тонкая талия. Надо мной - тяжёлое, сбитое дыхание. И это был не сон.
Аня.
Она смотрела на меня снизу вверх широко раскрытыми глазами. Щёки горели, губы приоткрыты. Майка была задрана до груди, шорт на ней уже не было. Я видел всё: светлую кожу, твёрдые соски, плоский живот и место, где мы едва соединялись.
— Саша... - едва слышно выдохнула она.
Я замер. Мысли путались. Алкоголь уже почти выветрился, осталась резкая, почти болезненная ясность.
— Аня... что мы...
— Не останавливайся, - прошептала она и сама чуть подалась бёдрами навстречу, пытаясь принять глубже. - Пожалуйста... я хочу.
Я должен был выйти из нее. Должен был отстраниться, встать, уйти. Но я не мог. Я был не властен над собой. Вместо этого я медленно, очень медленно надавил вперёд. Она тихо всхлипнула, вцепляясь пальцами мне в спину. Сопротивление, которое невозможно спутать ни с чем.
Я остановился, тяжело дыша.
— Ты... девственница?
Она кивнула, кусая губу. Глаза блестели, но в них не было страха - только напряжённое ожидание.
— Да. Не останавливайся. Я давно этого хотела. Сделай это, пожалуйста... Хорошо? Мне немного больно, но я хочу почувствовать тебя всего.
Я смотрел на неё несколько секунд, которые казались вечностью. Мне надо было уйти, но я не мог сопротивляться этому желанию. Тело все сказало за меня. Потом наклонился и коротко поцеловал её в уголок губ, а затем резким движением вошел внутрь, лишая Аню невинности. Она застонала от боли куда-то в район моих губ.
— Тише... Я шептал ей еле слышно. Вот и все..
Я остановился, давая ей привыкнуть к новым ощущениям, а потом начал двигаться - короткими, осторожными толчками, каждый раз входя чуть глубже. Аня дышала часто, иногда тихо постанывала мне в шею. Её пальцы то сжимались на моих плечах, то скользили вниз по спине. Когда я наконец вошёл в нее до конца, она резко выгнулась, запрокинула голову и глухо, протяжно застонала. Я замер, давая ей привыкнуть, чувствуя, как она пульсирует вокруг меня.
— Всё... - прошептала она дрожащим голосом. - Всё хорошо. Можешь двигаться.
Я начал медленно. Глубоко. Стараясь контролировать каждый сантиметр. Она двигалась мне навстречу - сначала неуверенно, потом всё смелее. Её дыхание сбивалось, щёки пылали, глаза не отрывались от моих. Я целовал её шею, ключицы, губы - осторожно, почти нежно. Она отвечала жадно, кусая мою нижнюю губу.
— Саша... сильнее можно... - выдохнула она в какой-то момент. - Я уже... не так больно...
Я ускорился. Не сильно - просто начал двигаться глубже и ритмичнее. Она стонала уже громче, обхватывая меня ногами, притягивая ещё ближе. Я чувствовал, что скоро кончу и хотел выйти из него, но Аня, как будто почувствовала мое желание и прошептала:
— Сегодня в меня можно.. Я потом... Объясню.
Я больше не мог сопротивляться этому, сделал еще несколько размашистых движений и кончил глубоко внутри девушки, прижимаясь лбом к её лбу и глухо постанывая. Аня сжала меня ещё сильнее, будто сама хотела удержать каждую каплю.
Несколько минут мы просто лежали, не размыкаясь, тяжело дыша. Я чувствовал, как постепенно обмякаю внутри неё, но выходить не хотелось. Аня гладила меня по спине лёгкими, почти невесомыми движениями.
— Ты в порядке? - тихо спросил я.
Она кивнула, всё ещё не открывая глаз.
— Да. Немного больно... но хорошо. Очень хорошо.
Я медленно вышел. Между её бёдер остались следы - немного крови и моя сперма. Аня посмотрела вниз, потом снова на меня. В глазах не было ни стыда, ни сожаления.
Я ещё несколько минут лежал рядом, глядя в потолок. Мысли были тяжёлыми и спутанными. Стыд подкатывал медленно, но неотвратимо. Я только что лишил девственности дочь лучшего друга. Здесь. В этой кровати. И кончил в неё.
Аня лежала тихо, всё ещё не открывая глаз, и только слегка поглаживала меня по груди кончиками пальцев.
— Встать можешь? - тихо спросил я.
Она кивнула. Я сел, потом осторожно поднял её на руки. Она оказалась совсем лёгкой. Обняла меня за шею и уткнулась лицом в плечо, пока я нёс её в ванную.
Включил воду - тёплую, почти горячую. Поставил Аню на ноги под струи и сам зашёл следом. Вода сразу начала стекать по её светлой коже, смывая следы с бёдер. Я взял мочалку, намылил и начал медленно мыть её. Плечи. Спину. Руки. Потом грудь - осторожно, почти без нажима. Живот. И только потом - между ног. Аня стояла, прикрыв глаза, и позволяла прикасаться к себе так, как я хотел. Иногда тихо вздрагивала, когда мои пальцы проходили по слишком чувствительным местам.
Я старался не смотреть на нее, на ее идеальные формы, старался не говорить, погруженный в свои мысли. Что же мы наделали? Что я наделал? И как ни странно, девушка это чувствовала, и я был ей благодарен за это.
Я продолжал молча смывать пену, стараясь не смотреть ей в лицо. Стыд жёг сильнее, чем горячая вода. Я думал о Игоре. О том, как он просил «просто присмотреть». О том, что сам себе поклялся держать дистанцию. И о том, как легко всё это разрушил.
Когда я закончил, выключил воду, взял большое полотенце и осторожно вытер её. Аня всё это время молчала. Только когда я завернул её в полотенце и поднял снова на руки, она тихо сказала:
— Мы поговорим завтра. Обо всём. Хорошо? Сейчас... сейчас просто давай полежим. Мне не больно. И я не жалею. Правда.
Я кивнул. Спорить сил не было.
Я отнёс её обратно в свою спальню, уложил на кровать и лёг рядом. Аня сразу придвинулась ко мне ближе, устроилась головой у меня на груди, закинула руку мне на живот и тихо выдохнула. Через несколько минут её дыхание стало ровным и глубоким. Она уснула.
Я ещё долго лежал неподвижно, глядя в потолок и слушая, как она дышит. За окном уже совсем рассвело.
Завтра нам придется решить, что делать дальше.
А сегодня... сегодня мы просто лежали в обнимку, и я впервые за долгое время не был уверен, что смогу с этим справиться.