Тёзка с женой высадили нас возле кафе и отправились домой. Пока нам несли заказ, мы с женой просматривали вчерашние фотографии. Как оказалось, тёзка сложил их в две папки. В одной, все лица были размыты или обрезаны, в другой - только лицо Нади было обработано. Конечно же, мы начали смотреть вторую. Первым делом, Вера внимательно изучила свою борьбу за трусики.
— Ты прав, со стороны, это выглядит… весьма… развратно… Как она меня за сиськи хватала! Ой, он и сзади снимал! Какие у нас попки! Странно, пока мы этим занимались, я ни о чём таком, не думала.
— Думаю, ты и сегодня ни о чём таком, не думала, - усмехнулся я.
— Сегодня думала, - лукаво улыбнулась жена.
Официантка принесла заказ, и мы принялись за еду.
— Очень необычные ощущения… Можно, я немного пооткровенничаю?
— Нам уже нечего терять. Можешь, совсем пооткровенничать.
— До встречи с тобой, мне очень нравились мужчины…
Я не выдержал и расхохотался.
— Извини, фраза, очень похожа – "Чем больше, я узнаю людей, тем больше люблю собак." После знакомства со мной, тебе начали нравится женщины?
— Да, неправильно выразилась, - Вера рассмеялась, но не обиделась. Вообще-то, мои слова оказались не менее двусмысленны, чем её. – Мне просто, нравились мужчины. Я легко сходилась, не собиралась ни с кем завязывать отношения. Не могу назвать себя шлюхой, потому что не встречалась одновременно. Вообще-то, я про другое хотела сказать. Никогда не испытывала трепета, или особого возбуждения от мужского тела. Не понимала, когда подруги восхищались - какая у него попка, или какие плечи… Член есть, не воняет, от внешности не тошнит, значит – нормальный мужик. Я даже удивилась, когда меня… привлекло к тебе… что-то… Странно, такой же мужик, как остальные, а я не хочу с ним расставаться. Прислушиваюсь к его словам, иду ему навстречу… Кстати, когда признавалась, что ты в моей попке был первый, я не соврала. Хотя, просил или настаивал, почти каждый. С Надей, точнее с её телом, всё иначе. Необычно видеть всё такое же, как у меня, но другое. И, прикосновение к женскому телу… что-то пробуждает во мне. Вчера, я с ней именно боролась, а сегодня… мне кажется, в ней есть… такое же стремление, как и во мне… Словно мы бредём, навстречу друг другу в темноте… И, боимся встретиться…
Опять, эти странные фантазии, которые я внимательно слушал, даже прекратив жевать. Понимал, что это не просто бредовые выдумки, а что подсознательно, очень важное…
— Я не стала её лизать, не потому что пахло… напротив, этот запах казался мне… возбуждающим! Я боялась, что не смогу оторваться! Напугаю её, и Русика, и тебя… И, потеряю… вас всех…
Последние слова она сказала таким трагическим и серьёзным тоном, что я едва не прослезился. Вера вздохнула, и принялась за еду.
— У тебя, изменилось поведение, - проговорил я. – Если раньше я сравнивал с тем временем, когда мы познакомились… Я не говорю, что это плохо, или пугает… Такое ощущение, что ты становишься той, какая есть… была… где-то внутри…
— Слушай! Гениально! – Вера торжествующе взмахнула вилкой. - Наверное, ты прав. Когда я жила с тобой, словно замерла в развитии. Теперь, начала развиваться, в обратную сторону. Сначала, стала такой, которой ты меня знал, теперь превращаюсь в ту, которой была в детстве. То есть, я не становлюсь такой же глупой и беззаботной… Нет, я становлюсь такой же глупой и беззаботной, но теперь я осознаю свою глупость и беззаботность. Я глупа, не потому что мало знаю, а потому что вокруг слишком много всего, что невозможно познать. Я беззаботная не потому, что не осознаю последствий, а потому что… слишком много значительных вещей, о которых нет смысла заботиться. Помнишь, мы ещё в купе поспорили с Надей, про важное, и про мелочи?
— Помню. То, что ты описываешь, похоже на развитие по спирали. Ты проходишь те же стадии, но на другом уровне. Все люди их проходят, но не все осознают, - например, я. Если бы не этот разговор с женой, мне бы такое в голову не пришло.
— Может, они маги?
— В каком смысле? – я не стал напоминать, что вчера она назвала Лену ведьмой, которая может оживлять вибраторы.
— Места, в которые они нас водят! Сначала, тёмная мокрая пещера, словно мы в утробе матери. И, внезапный оральный секс, словно приветственный поцелуй. Потом, бесконечный простор, ветер… У меня, было ощущение, что я летела, словно на метле… Да, она была воткнута мне в задницу, можешь смеяться.
— Я не стану смеяться. У меня самого было странное ощущение, что это больше чем секс. И то, что он был анальным… имело значение… Он привлекал меня, потому что казался грязным, постыдным… неправильным… Там, я понял, что… что… Не могу это выразить… Если людей соединяют чувства… прекрасные… светлые… между ними не может быть постыдного и неправильного. Мы, часть всего, что нас окружает, и что внутри нас.
— Точно! Помнишь, как я попку показала!
— Конечно помню! И, очень удивился. Сколько раз мне хотелось посмотреть в твой шоколадный глазик, после секса!
— У Нади, он шоколадный! – рассмеялась жена.
— У тебя, молочный шоколад!
— Согласна, - мы одолели ужин и перешли к десерту. – Если в этом нет ничего плохого, почему не похвастать своей прекрасной попкой…
— И, своей огромной дыркой… - усмехнулся я.
— Ты внёс огромный вклад, в её развитие, - Вера взяла ложечку, и проковыряла в пирожном глубокое отверстие. – Даже, не стану спрашивать, понравилось ли тебе… Это было выражением не развратности, а открытости. Когда мне Надя предложила пописать, перед камерой…
— Кстати, а когда она предложила? – не удержался я.
— Когда мы подмывались, за машиной… Захотелось пописать, попросила её отвернуться. Она, мне в ответ - потом, наверху! Фотки сделает! Я, просто охренела! Я тебе в ладошку, в темноте пописала, и то, для меня это было… чем-то… Тут, мало что при всех!
Хотелось уточнить, что развратность, вполне можно прикрыть ощущением свободы, или иллюзией этой свободы. Раньше, я бы непременно озвучил свою мысль, но теперь, когда Вера разговорилась и стала аргументировать свои желания… Мне стало понятно, почему моё остроумие казалось ей оскорбительным.
— Каждый секс, словно открывает нам, что-то новое в себе, - жена продолжила разговор про магию. – Он поднимает что-то внутри… Какие-то странные желания… фантазии…
— Думаю, мы находимся в переломном моменте, для нас самих, - решил я внести вклад, в умный разговор. – Причём, развод является не причиной, а следствием этого состояния. Иначе, мы бы просто потрахались в необычных местах, любуясь пейзажами. Для меня секс всегда был… просто приятной физиологией.
— Поел? Пошли домой? – жена отодвинула опустевшую тарелку.