Звук поворачивающегося в замке ключа донёсся до меня словно издалека, едва различимый особенно на фоне громкого хлюпанья, чавканья и мычания, которое издавала Надя. С трудом оторвав взгляд от её крупных, ритмично болтающихся, перемазанных в слюне и сперме сисек я в ужасе взглянул в сторону прихожей. Ключи в замке продолжали греметь, видимо сын возился со вторым замком, которым мы редко пользовались. Я перевёл взгляд обратно на Надю, которая, присев на корточки и блаженно зажмурившись, надевалась своей бедовой головушкой на мой член, одновременно теребя ладошкой у себя под юбкой. Приводить её в порядок не было смысла – её топик был спущен куда-то в район пупка, трусы валялись рядом на полу, с подбородка на грудь свисали сосульки слюней, волосы были влажными и взъерошенными. Ещё пара секунд и в комнату войдет Влад, и мне, вероятно, придется объяснять, почему я, в его отсутствие долблю в рот его школьную подругу вместо того, чтобы угощать её чаем с баранками, как это и полагается делать любому приличному отцу.
– Надя, – зашипел я, схватив девчонку за волосы и тщетно пытаясь отодрать её от себя, – очнись, Влад пришел!
Надя открыла глаза, и взглянула на меня. Впрочем, не очень понятно, как она что-то видела сквозь изгвазданные очки. Вероятно, смысл моих слов до неё не дошел, потому что она игриво хихикнула, приятно сжала мои яйца своими мягкими пальчиками и смачно плюнула на член. Меж тем ситуация была, прямо скажем, щекотливая. Надя была безнадёжно влюблена в моего сына ещё со школы, и ходила к нему под предлогом того, что не может то в матан, то в физику, то в проектирование. Влад, простая душа, журил её словно умный старший брат, качал головой и садился объяснять ей очередное задание, а она, сложив лапки на коленочках, нежно хлопала на него глазками, сопела и кивала. Ну молодой он у меня, что тут поделаешь? Мне кажется, она ему тоже нравилась, но я принципиально в их дела не лез, ждал пока он сам сообразит. Вот и дождался, блин.
Сегодня она притащилась немного раньше – я смотрел футбол, а сын как раз прислал сообщение что задержится после тренировки, и чтобы, если Надя придет пораньше, я ей предложил чаю и развлёк как-нибудь. Впрочем, как только я увидел её в дверном проёме у меня из головы вылетело сразу всё – и телевизор с футболом, и чай с баранками, и сын с его сообщениями. Надя явно была настроена по-боевому – когда она наклонилась, чтобы стянуть кроссовки, её символическая джинсовая юбочка задралась, обнажив полные розовые ягодицы, в розовых же трусах, а когда выпрямилась, её большая, высокая грудь тяжело и соблазнительно качнулась в цветастом топике. Лифчика на ней не было, и сквозь тонкую ткань различимо проступали остренькие сосочки. По всему было видно, что Надя долго ждать не собиралась. Один её вид вызывал суровый и стабильный стояк.
И как-то так получилось, что она сначала уселась рядом со мной на диван, и принялась разглядывать то меня, то маленьких человечков, бегающих по полю в телевизоре, то окружающую обстановку. Я в это время косился на неё и тщательно прятал эрекцию, закинув ногу на ногу. Некоторое время мы перебрасывались ничего не значащими фразами, и вдруг она выдала.
– Иван Николаевич, я давно хотела сказать... Понимаете... Мне так нравится Влад!
Да уж, по твоим нарядам, которые с каждым днем все уменьшались в размерах, это видно, подумал я. Я промычал что-то неопределенное, но она не отставала. Сначала понесла что-то про то, что она, наверное, слишком толстая, Владу наверняка нравятся высокие и худые, а не такие как она, метр с кепкой. Надя и правда была маленькая и дышала моему баскетболисту в пуп, но вот мне, например, такие аппетитные малышки нравились больше всего: мягкая грудастая брюнеточка, с округлым животиком, полными ножками и нежной улыбкой. Я принялся уверять её, что ничего она не толстая, просто у Влада воспитание такое, суровое, я ж его один растил, ну и он, так сказать, не знает слов любви. Надя кокетливо осведомилась, правда ли я не считаю её толстой, я принялся горячо уверять её, что нет не считаю, и вообще она крайне привлекательная, и неожиданно мы оба с удивлением обнаружили, что моя рука лежит у неё на ляжке.
Тут уж меня понесло. Надя покраснела, часто задышала, а я от «привлекательной» перешел к «сексуальной», «сногсшибательной» и «потрясной», ну а затем уже выяснилось, что Надя «аппетитная» (одна моя рука уже была у неё на внутренней стороне бедра, а другой я приобнимал её за плечо, теребя лямку топика). Я выключил мешающий телевизор и продолжил рассыпаться в комплиментах и лапать малышку за бёдра и грудь. К моменту, когда Надя стала «самой желанной на свете», её ножки уже сами собой разошлись в стороны обнажив влажное пятно на розовых трусиках, а сама она, постанывая, прикусывала нижнюю губу, и гладила ладошкой свой трепещущий животик. Она ещё что-то лепетала про «Но Иван Николаевич...», «А как же занятия...» и прочую милую чепуху. Чтобы окончательно убедить её, что мои занятия будут гораздо интереснее, чем матан, я стянул с себя спортивные штаны и продемонстрировал ей стоящий колом член, одновременно сдвигая в сторону влажные трусики.
– Смотри как у меня на тебя хуй встал, Надюш, – бормотал я, оголяя залупу перед её глазами и стягивая вниз топик, чтобы достать нежную сиську с маленьким розовым соском. Я решил, что нарочитая грубость окончательно выбьет почву у неё из-под ног, и это сработало. Судорожно выдыхая и слегка высунув язычок, она провела пальцами по стволу и инстинктивно облизнула губы. Как честный человек я всё же спросил, не хочет ли она подождать Влада, но она, прикрыв глазки только затрясла кудрявой головкой. Наверное, потому что два моих пальца уже вовсю орудовали внутри неё.
Она оказалась узенькой и горячей, раскинутые в стороны ножки задрожали в моих руках, и она нежно застонала, принимая в себя член. Хоть она и была очень мокренькой, мне приходилось протискиваться внутрь, такой тесной она была. Я незамедлительно сообщил ей об этом её достоинстве, в ответ на что получил томный взгляд и ответный комплимент, что я очень приятно её растягиваю. Я входил все глубже и глубже, ускорял темп, и она уже не стесняясь просила меня не останавливаться, трахать её быстрее, сама стала подаваться тазом вперёд, навстречу моим толчкам. Я держался изо всех сил, но куда уж там. Когда после почти месяца воздержания твой хер стискивает и буквально выжимает такая тесная и жаркая пизда, долго «не останавливаться» не получится. Я в последний момент выдернул член из Нади и, не церемонясь, обляпал спермой её сиськи и шею. Впрочем, она нисколько не расстроилась, даже засмеялась:
– Ого, кончил на сиськи?! Люблю такое, – и она с влажным звуком растёрла белые кляксы по своей груди.
Не успел я опомниться, как Надя оказалась передо мной на коленях, приподняла пальчиками член и нежно прижалась губами к яйцам, так что залупа теперь елозила прямо по её очкам, размазывая соки и остатки спермы.
– Я ещё не кончила, – категорично заявила она, – так просто от меня не отделаешься! – и она снова облизала яйца.
– Кто сказал, что я хочу отделаться, – засмеялся я, – от такой горячей девочки. Давай, возьми мой хуй ротиком. Покажи, как ты умеешь сосать, а потом я тебя отдеру, как только скажешь.
Сосала Надя с огоньком. Губки плотно обхватили и всосали хуй почти до конца, язычок коснулся яиц, и Надя заработала ртом, одновременно втягивая щёки и делая вращательные движения головой. Глядя как залупа то и дело красиво оттопыривает её нежную щёку, я спросил, нравится ли ей сосать. Она очаровательно засмеялась, не выпуская член изо рта и угукнула.
– Тогда возьми свои сиси руками, – попросил я, собирая её волосы в одну большую прядь и наматывая на кулак, – потискай их!
Надя выполнила мою просьбу, оттянула соски в разные стороны смяла сиськи в ладонях и звонко шлёпнула по ним снизу. Затем её ладонь скользнула вниз под юбку. На этой романтической ноте я и услышал, как в замке поворачивается ключ.