"Скорый поезд номер шестьдесят девять, Москва-Сочи, отправляется с седьмого пути" - повторял женско-металлический голос из репродуктора.
— Давай уже... Поехали! - с лёгким грузинским акцентом поторопил Вано, мой старый друг.
— Мы любим Сочи! Мы любим Москва! Мы любим шестьдесят девять! - на мотив какой-то песенки положил он новые слова, раскладывая на столе обильные закуски.
Мы с Вано ехали на курорт недалеко от Адлера. Вано ехал домой, а я ехал с ключом от многокомнатной квартиры тёти, которая осталась в Москве у родственников, а на меня свалила хлопоты сдачи комнат. Сезон начнётся через неделю, через две в этот поезд уже будет трудно купить билеты, а пока вагон был занят на две трети. Это мы уточнили у миловидной, улыбающейся, молодой проводницы в форме РЖД. Серо-голубая, ушитая юбочка плотно облегала круглую попку, Сверху был короткий, тесный пиджачёк, между полами которого виднелась натянувшаяся на груди рубашка. Форменный берет с кокардой был лихо приколот к прямым чёрным волосам, ниспадающим по плечам.
— Ваааууу!!! Это вагон номер девять или это секс-шоп с таким названием!? - сразу спикировал на неё Вано, глядя в чёрные, улыбающиеся глаза.
— Паспорта предъявляем! - сказала она, оценивающе глядя на нас. А у меня, вдруг, возникло ощущение, что это не мы её, а она, как хозяйка вагона, выбирает себе кого-то... в попутчики. Так сказать.
— Чёрные глаза... - начал напевать Вано, обходя в танце проводницу по кругу...
— Заходите к нам на огонёк в.. какое там купе?... - спросил я
— Шестое! - улыбнулась она..
— .. . в шестое! - улыбнулся я фирменной улыбкой Ричарда Гира.
— Только у нас распивать запрещено! - стрельнула она глазками.
— Какое распивать, красавица?! Приходи, сама проконтролируй!
— Эээ...! -прищурился я.
— Оксана! - выставила она грудку, где, на лацкане пиджачка, был приколот значок с именем.
— Оксана! - повторил я
— Оксааанаааа!!! - растянул Вано, закатывая глаза.
— Заходи давай! - толкнул я его в спину, - Оксаночка к нам ещё зайдёт! Да, красавица?! - подмигнул я смеющейся проводнице и прикрывающей рот рукой в белой, форменной перчатке.
— Идите давайте! Мне работать надо! - смеялась она.
А мы с Вано хлопнули друг друга по ладони, подмигнув друг-другу, как только скрылись из её глаз в коридоре вагона:
— Придёт!
— А куда она денется, слюшай, дорогой! - спародировал он кавказский акцент, хотя русский был его родной язык.