Надо же было «вляпаться» в пятьдесят то лет!?
Ну ведь нельзя было в неё не влюбиться. Она такая яркая и непосредственная, как ребёнок! Да плюс, молодая и красивая женщина.
Ага! Нашёл простушку...
Ох, наплачешься ты с ней, вот помяни свою интуицию!
Помнишь, как начиналось?
Она бежит к тебе, жадно обнимает, целует куда попало:
— «Ой! Я так рада тебя видеть! Я тебя одного люблю! Ты такой хороший!
Вот я напилась сегодня – седьмой виски с колой явно был лишним»
А позже, уже сидя в машине она говорила и говорила, без умолку.
Несла милую чушь и что-то про то, как она хитрила нынешнем вечером, общаясь с очередным ухажёром, и опять, какой я хороший.
Но во всем этом, пьяном словоблудии, было несколько фраз, которые, как я понял уже потом, и явились основой наших с ней отношений.
Вот тут, постараюсь быть последовательным.
Она, частенько положит свою головку мне на плечо, уткнётся носиком в мою шею и сопит ей богу, ну как ребёнок от удовольствия, что нашла, нашла того, который будет, любить её и при этом не требовать большего. Не требовать отдать ему свою любовь и всю глубину чувств, на которые она способна.
Не требовать!
Но желать, этого всем своим сердцем!
А как она способна отдавать себя всю! Всю не оставляя себе сил, даже на простое, нормальное функционирование организма.
Это будет понятно чуть позже.
Я говорю о ней, как о женщине, которая любит запоем, очертя голову!
И вот этот милый «ребёнок», нашла человека, который в её второй жизни, скрытой от посторонних глаз и ушей, где она уже не женщина и не мать, а просто покорная и почти «безвольная» игрушка в чужих руках.
И в этой жизни, Он для неё очень важен и очень ей нужен, во всяком случае пока. Пока всё так – так, как хочет именно Она!
Я просто, был счастлив! Счастлив тем, что она позволяла мне себя любить.
Что она доверилась мне и попросила меня, а ни кого-то другого контролировать часть её жизни – разумеется ту часть, которую она считала нужной.
И при этом абсолютно искренне говорила мне, что любит меня и очень боится меня потерять. И это правда, она была искренна в тот момент.
И вообще, она искренна и притягательна и от этого кажется лёгкой и доступной, но это только при поверхностном взгляде.
Стоит её узнать получше и откроется вся глубина духовности и чувственности которая скрыта от первого, мимолётного взгляда.
Глубина, её творческой натуры, внутренних переживаний и силы, силы духа конечно и непринадлежности ни кому!
Но всё это очень хрупко, хрупко, потому что ломается в миг и зыбко, потому что ты проваливаешься туда всем своим существом и уже исхода нет.
Потому что Она даёт тебе возможность чувствовать себя мужчиной, почти в первобытном смысле этого слова, т.е. для тебя становится необходимостью заботиться о ней. Оберегать, таскать ей мамонта на обед, укутывать в тёплые шкуры и охранять вход в вашу пещеру, чтобы она – твоя женщина, была здорова, рожала тебе крепких детишек и всегда оставляла тебе на
после-охоты сладкую косточку – от мамонта конечно!
При этом, ты как бы остаёшься хозяином. Можешь выгнать её из пещеры на мороз, или побить палкой и она при этом не пикнет. А ты!? С чувством собственной удовлетворённости и значимости, тут же возьмёшь её на руки, будешь ласкать и жалеть, зализывать раны, которые остались от палки и говорить ей: «никогда, слышишь, любимая, никогда я не променяю нашу пещеру на какую-то другую».
Вот вспомните. Вы когда-нибудь чувствовали власть над женщиной?
Власть в прямом смысле этого слова, когда вы даёте ей пощёчину, а она за это целует ваши руки...
Если «Да» - то Вы меня поймёте!
Как-то раз во время очередной встречи в отеле, она сидела поджав коленки и положив голову мне на грудь, я вдыхал аромат её волос.
Её била дрожь, от перенесённой боли.
Она сидела.
Сидела сжавшись в комочек, уткнувшись в мою грудь и всхлипывала носиком, как ребёнок.
Боже! Как она была мила, беззащитна и притягательна в своей наготе!
Я подумал: «а ведь она мне так дорога, как никто другой ещё не был»
Как я жил без неё, без её дыхания на моей груди, без её нежности, страха и любви ко мне. Как?
И как можно любить человека, который бьёт и пытает тебя?
Я доходил до абсурда в своих желаниях, мне хотелось быть с ней всё время, не разлучаться и не отпускать её никогда! И ни куда!
Я понимал – это было полным безрассудством с моей стороны, так думать.
Она замужняя женщина, у неё своя семья – у меня своя.
И всё же!
За минуту до этого, я был с ней жесток, как никогда раньше! Я порол её нещадно, причинял её боль. Она кричала и кажется, готова была просить о пощаде!
Откуда, откуда в таком хрупком создании, столько силы, терпеть боль, унижения и пытки?
А как я возбуждался через это чувство боли, через её мучения, через стоны!
Восстанавливая в памяти картинку, когда горячий воск капал на её тело, и она извивалась как пантера, при этом, не издавая ни звука! Только прогибаясь под этой, раскалённой «лавой».
Я опускал свечу ниже, почти в плотную к её истерзанной плетью спине!
По воспалённой от ударов коже стекал расплавленный, обжигающий воск, образуя зигзаг, казалось - это был почерк боли.
И самое дикое, что я, чувствовал её мучения!
Не знаю, как?
Но через Её боль, я испытывал, возбуждение, страсть и желание, желание сделать ей ещё больнее! Овладевать ею, её телом, её мыслями!
Бред!
Но какой упоительный!
Я протыкал её спину иглами. Я слышал, как трещала кожа, когда я её протыкал, видел как выступала кровь. Сначала не много, потом больше и больше. И вот уже капельки крови стекают по телу и капают на пол. Я пытаюсь стереть кровь, а она течёт и течёт. У меня уже все пальцы в крови, меня бьёт мелкая дрожь, я бросаю ватные тампоны – все липкие от крови, отдираю их от пальцев, набрасываюсь на неё с ремнём!
И кричу ей - «перестань, мне надоело вытирать твою кровь – перестааань!»
И неистово начинаю избивать её, будто она виновата в том, что у меня руки в крови – в ЕЁ крови! Сколь есть силы я хлещу её плетью, бью и бью, она уже уклоняется от этих жгучих и мучительно болезненных ударов, я кричу: «стоять сука!» и бью ещё сильней!!!
«Ты хотела этого тварь, хотела! Я забью тебя...»
Я бросил плеть, как будто мне обожгло руки.
«Идиот, ты же убьёшь её!»
Но Она молчит. Молчит и только вздрагивает от боли!
Я было хотел остановиться. Прекратить эти истязания.
Но Она, такая хрупкая, стоит передо мной на четвереньках, опустив голову в пол, и послушно вытянув руки.
Тогда я начал топтать рифлёной подошвой ботинок её тоненькие пальчики. Она стонет. Снова прогибается от боли!
И молчит!
Я раздражён этим упрямым молчанием!
«Ты должна вопить от боли тварь!» Кричу я!
«Не молчи сука, тебе же больно!?»
«Нет Хозяин». Едва расслышал я.
Поднимаю её за подбородок и отвешиваю звонкую пощёчину!
«Тогда скажи, что тебе хорошо!»
«Мне хорошо, Хозяин» Запинаясь вымолвила она.
Вставляю ей в рот кляп и застёгиваю на затылке.
Я приказываю ей лечь спиной на журнальный стол.
Привязываю руки и ноги к ножкам стола, беру ремень и что есть силы, бью ремнём по промежности!
Вот оно!
Если бы не кляп у неё во рту, я бы услышал то, чего так добивался!
Крик!
Крик боли! Боли, которая нестерпима!
Но меня поразило другое, то блаженство, которое испытал я сам!? Это было, что-то неподдающееся описанию!
Волна наслаждения прокатилась по всему телу, по спине пробежал приятный холодок...
Это настолько приятно. Что я ударил её ещё, ещё и ещё раз!
Она уже почти выла- сквозь кляп от боли, а я всё не мог остановиться!
Бил её ремнём по промежности, пока она, не закусив кляп, закричала в голос!
И тут я вышел из этой дьявольской эйфории...
Отвязал верёвки. Она скорее спрыгнула, чем встала со стола.
Вначале она отшатнулась от меня и как -то отстранилась назад.
Но затем, упала в мои объятия и вздрагивая от рыданий положила голову мне на грудь, а я вдыхал аромат её волос, целовал и успокаивал её, гладя по голове.
А ещё можно почитать мои перлы здесь: уверяю, что будет интересно и разнообразно.