Следующий день у меня начался великолепно! Я встретился с хорошим, но прижимистым заказчиком. С успехом я отбил все его попытки уменьшить итоговую сумму, и он на удивление легко сдался. Во время переговоров, я чувствовал себя так, как будто владею огромным богатством. А богатство у меня, в самом деле, огромное — моя, вновь обретенная, жена. На подъеме я вернулся домой. Девчата только закончили уборку. Целуя Лену, я пропел рукой у нее под юбкой. На ней были трусики. — Не думаешь ли ты, в самом деле, что мы только сексом занимаемся, — убирая мою руку и смеясь она отодвинулась. — Мы сейчас, и будем обедать, подождешь немного? — Конечно, подожду. За обедом, я сказал, что сегодня на работу больше не поеду. Но, мне надо дома сделать некоторые расчеты, поэтому до вечера я буду занят. — Но и вас хочу нагрузить немного. Лена, я тебя просил обзавестись очень короткой юбкой для дома. Мне кажется, самое время заняться этим. Теперь Оля. Честно говоря, я очень рад, что ты у нас гостишь. Твой приезд внес свежую струю в нашу жизнь. И, пусть меня простит Лена, но мне нравиться любоваться тобой. Твоими стройными ножками, твоей маленькой попкой, твоими грудками, как сказала вчера Лена с твердыми сосочками. Они иногда готовы проколоть футболку у тебя на груди, — Оля немного покраснела, но видно было, что ей это приятно. Лена незаметно мне кивнула. Мол, все отлично.
Я продолжал:
С боков они не соединялись, обнажая широкой полоской ее бедра. Если она шла, то бедро обнажалось полностью. Но лобок и попка были прикрыты. Но при движении, ткань распахивалась, почти обнажая ее. Но ни разу полностью. В этом и заключалась изюминка. Получился очень сексуальный наряд. В другом стиле была одежда Оли. Сверху — блузка, с множеством маленьких пуговичек, очень большая горловина, обнажала ее ключицы. Белая, мягкая ткань, нечетких очертаний, и худощавое тело племянницы, смотрелось как рисунок углем на картоне. Бедра прикрывала очень короткая, обтягивающая юбка. Чуть позже, я понял, что все-таки это были шорты. Двойная ткань, снизу телесного цвета, снаружи в виде простой кружевной сетки. Причем, сетка внизу заканчивалась редкой бахромой. Вся хитрость заключалась в следующем. Сзади подложечная ткань полностью прикрывала попку. Спереди, она практически отсутствовала, обнажая почти весь Олин лобок. Только внизу, чуть выше губок, ткань снова присутствовала. И широкая полоса, из такой же ткани, которая соединяла переднюю и заднюю часть, прикрывая промежность, делала эту «юбку» шортами. — Великолепно! У вас получилось лучше, чем я себе это представлял! Вы просто молодцы! Девчонки заулыбались, обрадованные моей похвалой. Лена подошла ко мне и поцеловала. — Мы сейчас проверим, как тебе понравилось, — она неожиданно положила руку на мой член, и провела по нему через шорты снизу вверх. — Действительно понравилось, — со смехом сказала она. Оля смотрела на мою ширинку во все глаза. Увидев, что я заметил ее взгляд, быстро отвернулась. В конце ужина, я предложил снова поехать покататься. А в кино, как-нибудь потом. — А ты, еще что-нибудь придумал? — спросила жена и подмигнула Оле. Племянница, тоже с вопросом уставилась на меня. — Конечно! И ты даже можешь ехать в этой юбке. — Опять только Лена? — внезапно выпалила Оля. Смутилась, что выдала себя. Моя жена спросила: — Отвечай нашей гостье, твоя идея касается только меня или нас обеих? — Вас, двоих, если никто не струсит. — Ого, колись, что же ты такого придумал, — стала приставать ко мне Лена. Встала из-за стола и нагнулась надо мной, опираясь на стол — Колись, а то будем пытать тебя апельсинами! Ее блузка оттопырилась, и перед моим лицом оказались два конуса ее груди.
Протянув руку, я взял ее сосок пальцами и стал перекатывать его. — Я тебе все равно ничего не скажу, ты от меня ничего не добьешься, госпожа Гадюкина, — я переиначил одну из летучих фраз Ералаша. Она так же стояла надо мной. Я, отложив вилку, стал играть со вторым ее соском. Потом потянул блузку к шее, обнажил ее грудки, положив руку, слегка сжал. Лена прикрыла глаза. Я стал ласкать и вторую грудь. Сзади раздался шорох, Лена слегка вздрогнула. Оля, прикрыв глаза, смотрела, как я ласкаю грудь ее подружку. Правая рука у нее была под столом, наверное, между ножек, а левой она медленно трахала Лену. Потихоньку погружая в ее дырочку палец, и также медленно вытаскивая. Я немного подвинулся, и, подняв часть ее юбки, погладил жену по попке, спускаясь все ниже и ниже к ее дырочке. Оля захотела убрать свою руку, но я не дал. Накрыл ее сверху. В этом момент Лена заинтересованно посмотрела на меня, и развратно улыбнулась. Не зря такие улыбки называют блядские. Я немного надавил на Олину руку, погружая ее пальчик глубже во влагалище жены. Лена в ответ почти легла на стол и раздвинула ножки по шире, чтобы нам было удобно. Я управлял Олиной левой рукой. Трахал Лену то одним Олиным пальчиком, то двумя. Складывал ее пальцы щепоткой, и зажимал губки Лены между пальцами, оттягивая вниз, дергая из стороны в сторону. А, в общем, ласкал свою жену, как всегда, только Олиной рукой. Девушка закрыв глаза, полностью отдала мне инициативу, только ее правая рука стала двигаться быстрее у нее между ног. Обе они испытывала огромное наслаждение. Охи, стоны заполнили кухню. Чтобы было удобнее, я встал со стула.
Теперь я увидел, что шорты у Оли расстегивались с боков. Она, ласкала себя, расстегнув одну сторону. Лена, лежа на столе, подвинула голову и прикоснулась губами к моему члену, который натягивал шорты. Это было то, чего мне не хватало! Достав его, я прикоснулся им к ее губам. Она открыла ротик и приняла его. Теперь всем стало хорошо, а не только этим эгоисткам. Почувствовав некоторые изменения, Оля, из под приоткрытых ресниц наблюдала за нами. Мы вошли в один ритм. Я раздвинул Олину ладошку, чтобы большой палец вошел в дырочку, а указательный в попку Лены. Теперь моя жена полностью отдавалась нам. Звуки удовольствия заполнили все пространство. Первой кончила Лена, по ее телу пробежала волна, она выгнулась, и опала сотрясаясь мелкой дрожью. Пришел мой черед. Выстрелив несколько струй ей в рот, я замер, переживая удовольствие. Лена в этот момент слизывала последние капли с члена. Тут Оля напряглась как струна и громко застонала. Это было прекрасно! Таких ярких переживаний у меня никогда не было. Я убрал своего опавшего «трудягу» в шорты. Лена приподнялась со стола. Оля продолжала сидеть на стуле, только вытащила мокрую руку из шорт. Тут моя жена меня в очередной раз удивила. (Специально для .оrg — ) Я на время даже дар речи потерял. Не глядя на меня, она встала, подошла к племяннице, и, потянула ее за руку вверх. Та встала со стула, бросила быстрый взгляд на меня, и прильнула к своей любовнице. Они стали целоваться. Причем Оля, еще и слизывала остатки моей спермы с Лениных губ. Это было так развратно! Язычок девушки, как юркий зверек, сновал по губам моей жены. Казалось, что они забыли о том, что я здесь. Лена руками шарила по всему телу своей подружки, гладя ее по груди, под блузкой, по попке, под шортами. Потом Оля нагнулась и стала целовать грудь Лены. Блузка постоянно мешала ей, и Лена сняла ее. А Оля продолжала спускаться ниже и ниже. Нащупав застежку юбки, она расстегнула ее. Юбка упала к их ногам, и Оля прижалась губами к губкам своей подруги. Та положила руки ей на голову. Через несколько секунд, сев на стул, потянула девушку за собой. Оля, стоя на коленях, ласкала Лену. Та, в свою очередь гладила ее по голове. На лице жены гуляла загадочная улыбка. Они почти не шевелились. Рассыпавшиеся волосы скрывали подробности. Только острые плечики племянницы выдавали движение. С них можно было бы писать картину под названием любовь. Я понял, что все фильмы с лесбиянками, которые я видел, это все игра. Сейчас девочки передо мной творили чудо! Я вышел из кухни. Последние, что я видел, это как Лена потянула блузку девочки наверх. Я стоял на веранде и курил вторую сигарету подряд. На душе было какое-то умиротворение. Хотелось сделать добро всему миру сразу. Точно также я себя чувствовал, когда в школе я поцеловал девушку, с которой до этого гулял полгода, и она мне ответила. В ванной зашумела вода, открылась дверь, и Лена меня позвала из коридора. Затушив сигарету, я вышел к ней. Она стояла голая, растрепанная, с припухшими губами. Ее лобок блестел от влаги. Я обнял ее. — Ты не сердишься на меня, что я такая развратная? — она уткнулась лицом мне в грудь. — Нет, ты что! Я люблю тебя такую еще больше, — я нежно сжал ее в своих объятиях. — Ты знаешь, а мне понравилось на кухне, ну, когда мы там были втроем. До этого, когда я думала о таком, боялась. Оказалось зря. — Чего ты, глупышка боялась? — Ну, так. Думала, ты только Олей увлечешься, и вообще. Ты не устал? — Нет, а что? — Мы поедем кататься, или ты уже не хочешь? — Поедем, а вы сами как? — Мы с ней отлично! Тогда мы приберемся и оденемся. Может, скажешь, что ты придумал, а то вдруг одежда будет не подходящая, — она хитро посмотрела на меня. Я усмехнулся в ответ. — Нет, хитренькая, на месте узнаете. Если на вас будут короткие юбки, то одежда будет подходящая. Да, еще... — я сделал паузу. — Если Оля хочет, и ты, — я выделил слово ты. — И если ты не против, то быстро сделайте ей юбку «не нагибайся». Возьмите одну из ее юбок, и просто обрежь ножницами, вот так. — Я провел пальцем, по ее ногам, где-то на пару сантиметров ниже губок. — Хм, вредный, не хочешь говорить. А на счет юбки мы подумаем. Поскучай пока, мы быстро. Действительно получилось быстро. И уже в полдвенадцатого ночи девчата залазили в заднюю дверь автомобиля. Оля щеголяла в свободной юбке, обрезанной по самое не хочу, и в той же блузке, что была за ужином. Лена тоже была в старом наряде. Надо его испытать на улице, сказала она мне. В машине девчата стали шептаться, несколько раз хихикнули. Я услышал: «спроси», «сама спрашивай», «давай», «тебе надо, ты и спрашивай». Наконец раздался Олин голос. Неуверенным тоном она начала. — Дим, а там на кухне... Когда мы... А ты, в общем, ты как? — Я не понял, что ты хочешь сказать? — спросил я, а Лена захихикала. — Ну, мы же были вместе, а ты... — Оля окончательно замялась — Извини, но ничего не понял. — Да она хочет знать, что ты не ревнуешь меня к ней. Ведь ты ушел потом? — вклинилась в разговор Лена. — О! Всего то! Нет. Не ревную. У вас с Леной все по-другому, я это, серьезно, понял только сегодня. Это как фантазии. Она может представлять себе, что угодно, и глупо было бы обижаться на это. — А, спасибо. А то я немного переживала. Хотя Лена меня и успокаивала, — вдруг она выпалила. — А мне очень понравилось, когда вы с Леной сегодня на кухне. Это было так волнующе. Тут пришла очередь смутиться мне. Потом я нашелся. — Спасибо, мне тоже понравилось смотреть, как ты себя ласкаешь. Только на тебе было много одежды. Но очень возбуждающее зрелище. Лена засмеялась. — Вы прямо как дипломаты. Ходите вокруг, да около. — Прекрати, пожалуйста! — судя по голосу, Оля была смущена. — Да! Что за намеки? Вокруг чего мы ходим? — Давно понятно вокруг чего, — Лена продолжала смеяться. — Даже я перестала переживать по этому поводу. Мы же уже перешагнули черту. А вы оба боитесь себе в этом признаться. Расскажи ему, что ты хочешь. Чего, после сегодняшнего стесняться, — сказала она, обращаясь к Оле. — А то я расскажу. — Только попробуй, — пискнула Ольга. — А я тогда про тебя расскажу. — Рассказывай. Мне нечего бояться, — отмахнулась она. — В общем, у нее есть несколько фантазий, связанных с тобой. Ей хочется оказаться голой при тебе, чтобы ты ее застал за мастурбацией, чтобы ты ей говорил, как себя ласкать... Еще она не равнодушна к нашему с тобой сексу. Не ревнует, но жадно выспрашивает у меня подробности. Пару раз мы даже разыгрывали, как это происходило. Как будто она, это я, а я это ты. Еще, ей очень хочется, чтобы ты ее фотографировал. Как меня тогда. Говорил, что делать, как встать, сесть. Я как начну ее «пытать», так она только на эти темы и болтает. Мне, конечно, нравится. Заводит сильно. Вот. — А ты, что сама думаешь? — А что тут думать. Раньше немного опасалась. Но после вчерашней прогулки успокоилась, — она повернулась и обняла подружку. — Вот, а ты боялась. — Оля, мне, конечно, тоже так хотелось. Но Лена правильно заметила, что я боюсь тебя спугнуть. Она меня знает даже лучше, чем я сам. Сзади раздался звук поцелуя. Я посмотрел в зеркало, Лена целовала Ольгу, а та ей благодарно отвечала. А мы уже ехали по ночному городу.