Тихаяполка.
← Вернуться к каталогу

На дне. Глава IV. Приземление (ФИНАЛ!)

◉ 1 просмотров
Размер
18 px

Глава IV. Приземление (ФИНАЛ!)

Проснулся я позже обычного. С одной стороны, сказывалась общая усталость, усталость после секса с мамой. Я всё еще не мог в это поверить. А с другой стороны, куда мне было теперь торопиться, универа больше не было, хотя мама об этом не знала, да и зачем, ей ли не всё равно…

Собираясь уже встать, я услышал возню за дверью и плач. Я узнаю его из тысячи — это плакала мама.

Я живенько поднялся, накинув на себя рубашку и брюки и мигом вылетел на помощь.

Добежав до гостиной, я увидел Кэтрин, она сидела на диване, однако, в отличие от её обычной позы зомбированного алкоголика, сегодня она, на коленях, развернувшись и положив голову на подголовник, сидела и рыдала.

Медленно подойдя к ней, я ожидал вероятной взбучки от вчерашнего.

«Неужели она нас всё поняла? Знает, что это я трахал её?» — думал я, приближаясь к матери.

— Мам, — начал я, положив руку ей на голову. Она тут же подняла глаза, посмотрев на меня красными, заплаканными глазами.

— Алекс... — прохрипела она.

— Что произошло? — сделав вид, что ничего не знаю, произнес я.

Кэтрин сняла мою руку с головы. Попытавшись подняться, она с трудом встала, посмотрев на меня.

— Клиент вчера... Оставил 30 баксов, а я и не помню ничего... — проговорила она, пока по её щеке вновь не начали литься рекой слезы.

Одновременная легкость от того, что мать не подозревает меня, смешалась с ужасом, что она чуть ли не прямо говорит, что всё ещё занимается проституцией.

— Главное, деньги оставил, да... — не зная, что сказать, я вышел, мне было пора собраться, вечером я хотел дойти до Люси, я знал, что она будет в местном кафе, надеюсь, мой новый статус её расколет.

Натянув новые брюки, туфли, синюю рубашку и пиджак, я двинулся к выходу. К тому моменту Кэтрин перестала плакать, пересчитывая в сотый раз купюры, что я положил на неё.

Её взгляд я заметил, как только вышел из комнаты, молча пройдя, я чувствовал, что мама следит за каждым моим шагом. Я видел не то презрение, не то страх в её глазах. Однако стоило мне остановиться на секунду, как выражение лица матери поменялась на жалость.

Будто бездомный котенок, она подползла ко мне, чуть ли не вставая на колени.

— Алекс, мне нужны деньги. — жалобно произнесла она, боясь поднять глаза вверх.

— У тебя же есть 30 баксов. Хватит на еду. — ответил я.

— Пожалуйста, — молящим голосом ответила она, оттягивая майку в сторону, оголяя свою грудь.

Неужели она решила продемонстрировать свои сиськи в обмен на деньги? Я был шокирован.

«Времени ещё 2 часа до встречи с Люси», — подумал я.

Я обернулся, сняв пиджак и повесив его на крючок. Расстегнув пуговицы рубашки, рукава закатав повыше я приблизился в плотную к Кэтрин. Которая к тому моменту, видимо считая, что сейчас получит деньги за свой не полный второй размер, улыбалась до ушей.

— Хочешь денег? — ехидно произнес я. Мать молча кивнула.

— Хм... Я хочу, чтобы ты полностью разделась. — с тяжелым сердцем произнес я, глядя на реакцию матери, и тут же продолжил: — Дам 100 баксов.

Последние слова подействовали словно катализатор, Кэтрин не заставила себя ждать, принявшись снимать с себя одежду. Упала футболка, за ней — вчерашние шортики, даже тапки сбросила с себя. Бледная тень матери оказалась пере до мной абсолютно голой, лишь чёрная поросль волос на лобке выбивалась из общего цвета.

Я подошел ближе, моя рука дрожала, когда я дотронулся чуть выше маминой груди. Почувствовав её тело, я взял её за шею. Под моим дыханием, мама, склонив голову, жалостно смотрела на меня, ожидая денег.

— Что? Нет, за твою обнаженку я сотку не дам, — произнес я, отчего тут же Кэтрин непонимающе и одновременно злостно взглянула на меня.

— Пойдем в мою комнату, — произнес я, не отпуская её шею и ведя за собой.

Добравшись, я бросил Кэтрин на свою неубранную кровать. Усевшись на колени, она с ужасом глядела на своего быстро раздевающегося сына.

— Алекс, это непра... Так нельзя. — пробурчала она, однако тем не менее дала мне место подползти к ней.

— Тогда никаких денег! — грозно ответил я, указав себе на член.

В эту же секунду я почувствовал губы и язык матери у себя на члене. Она будто сначала целовала его, и лишь распробовав на вкус, принялась активно сосать.

Моему наслаждению не было предела.

«Всё. Все маски сброшены. Она шлюха, а я...» — думал я тогда.

Я шлепнул руками по её заднице, подтянув за попу ближе к себе, её нос уперся мне в лобок, казалось, что мамочка сделает мне сейчас горловой минет.

Нагнувшись, я смог достать руками до её половинок, раздвинув их, мать, будто чувствуя неладное, попыталась выплюнуть член, но не смогла. Я же, облизав палец, помассировал вокруг её коричневой точки.

— Ммм, — послышалось из матери.

Надавив немного, мать будто закашляла. И хотя я не любил анальный фистинг, в том моменте я чувствовал особую извращенность.

Силой, будто удерживая мать, я вытянул член, за ним тянулась длинная струя слюны. Я положил свой агрегат под её нос, затем постучал по лицу.

— Твоё место, — прошептал я.

Взявшись за её тело в разных местах, я развернул мамочку.

Кэтрин подставила жопу передо мной.

— Нет, Алекс, только не туда. — взмолилась она.

Харкнув прямо ей на очко, я вновь сам облизал указательный палец и вставил.

Послышался вой. Тем временем мой член, чувствуя близкое женское тепло, поддался вперед и оказался в маминой киске.

— Шлюха. Ты течешь, я чувствую это. — произнес я и продолжил.

Одновременно загнав и палец, и член во всю длину.

— О-о-о-а! — Мать оказалась на коленях, закинув голову.

Мой член принялся входить в неё. Не зная жалости, сильными рывками, без особого пристрастия, я драл её.

Наконец вытянув палец из задницы и вытерев его об жопу Кэтрин, я, схватив её за рыжеватую гриву, потянул к себе. Мамочка поддалась, когда мои руки схватили её за щеки, мои пальцы проникли ей в рот.

Не давая сжать челюсть, я принялся с новой силой трахать её.

По её целлюлитной заднице проходили волны от моих тазовых усилий. Её сношали как дешёвую шлюху.

Высунув язык и старясь будто съесть воздух, Кэтрин брыкалась. Тряслась подо мной.

Отпустив рот, я успел схватить её падающую грудь. Сжав посильнее, мать завизжала.

— Да, плохая шлюха. Ты пьяная, ты не ублажаешь меня. Лишь кусок мяса, — продолжал я изрыгать из себя. Я был зол. Мамочка не делала ничего, чтобы отработать свои деньги. Лишь существовала, словно секс-кукла, которую ебут.

— Ммм-да, — застонал я, чувствуя, что кончаю. Однако в этот раз я был в сознании, и кончить вовнутрь я не решился.

— Повернись ко мне, — приказным тоном произнёс я, вытащив член.

Кэтрин нехотя, тяжко ворочаясь на кровати, развернулась ко мне.

Я же в этот момент дрочил неистово перед её лицом. Как только её рот оказался передо мной, я тут же ударил ей между губ. Сквозь зубы в неё влетела моя сперма.

Мама тут же закашлялась, видимо, она хотела вдохнуть в этот момент.

Отойдя немного и отдышавшись, я достал сотку баксов в нескольких купюрах и, бросив ей как фантики, принялся собираться. До встречи оставался час.

← К рассказам
Оцените рассказ