Рассказ от лица Лены.
Вкус его семени ещё долго оставался на языке — солоноватый, густой, с лёгкой горчинкой, которую я уже научилась различать. Мы лежали втроём на широкой кровати, тела сплетены в ленивом, влажном клубке. Аня дышала мне в шею, её пальцы лениво блуждали по моей груди, то и дело задевая металлические колечки в сосках. Каждый раз, когда она слегка тянула за них, по телу пробегала сладкая дрожь — уже не боль, а чистое, почти электрическое наслаждение.
Олег лежал на спине, глаза полуприкрыты. Его рука покоилась на моём бедре, но не сжимала, а словно проверяла — всё ли ещё я здесь, с ним. Я чувствовала, как в нём борются два человека: прежний муж, который когда-то боялся даже произнести слово «шлюха», и новый — тот, кто уже не мог отвести взгляд, когда чужие руки владели моим телом.
— Ты видел? — прошептала я, поворачиваясь к нему. Мои губы были совсем близко к его уху. — Как мы с Аней... делили тебя.
Он кивнул. Голоса не было. Только тяжёлое дыхание.
Аня тихо засмеялась, приподнялась на локте. Её волосы разметались по плечам, как тёмный шёлк.
— Она становится настоящей, правда? — сказала она, обращаясь не столько к нему, сколько ко мне. — Уже не боится смотреть тебе в глаза после того, как проглотила чужое семя. И не боится делиться твоим.
Я провела ладонью по груди Олега, спустилась ниже, обхватила его уже полумягкий член. Он вздрогнул.
— Я хочу, чтобы ты понял одну вещь, — тихо сказала я. — Это не измена. Это... расширение. Как будто раньше я жила в одной комнате, а теперь открыла дверь и увидела весь дом. И ты — тоже внутри этого дома. Ты не потерял меня. Ты нашёл меня настоящую.
Он повернул голову. В его глазах было всё: страх, желание, любовь, странная, почти болезненная гордость.
— Я знаю, — наконец ответил он. — Просто... иногда кажется, что я за тобой не успеваю.
Аня поцеловала меня в плечо, потом потянулась и поцеловала его в губы — медленно, глубоко, словно пробуя на вкус нашу общую тайну.
— Успеешь, — прошептала она. — Если захочешь. А если не захочешь — мы подождём. Но Лена уже не остановится. Она только начала просыпаться.