Тихаяполка.
← Вернуться к каталогу

"Монгол Шуудан. Глава 2. Трудности перевода", часть 1

◉ 1 просмотров
Размер
18 px

Рассказ написан по заказу — это новые приключения очаровательной кореянки Лилии и её супруга.

Продолжение — в полном романе "Монгол Шуудан". По вопросам приобретения романа обращаться к автору.

Постепенно события переломного дня в семейной жизни Игоря и Лили стали тускнеть и стираться, но не исчезли из памяти навсегда. Да и как иначе: его любимая девочка отдалась какому-то маргиналу прямо на его глазах, кончая при этом, как сумасшедшая! И еще дала ему в попу! Пусть не по доброй воле, а под влиянием обстоятельств, но, все равно: то, что было табуировано в их совместной жизни из-за ее принципов, было разрушено ею же самой, причем с кем-то «на стороне».

Конечно, в ее нравственном падении были и положительные стороны для Игоря: теперь он брал ее, не только «когда» хотел, но и «куда» хотел. Все дело в том, что Игорь признался Лилии, что он видел все.

Сначала была истерика, потом мольбы о прощении, потом стыд и замкнутость в себе, потом обида и оскорбленное достоинство — их семейный корабль еще долго трепало в шторме эмоций из-за того, что однажды в капитанской рубке у штурвала встала маленькая Лили. И чуть не разнесла в щепы их крепкий союз, налетев на риф по имени Степаныч. Игорь, конечно же,   простил свою любимую девочку, прекрасно понимая, что отчасти был сам тому виной: он мог пресечь ее безнравственное поведение в любой момент, но... Не сделал этого.

Но даже не это обстоятельство угнетало Игоря больше всего: он был шокирован тем, что открылось ему после упомянутого инцидента: он возбуждался от измены собственной жены!

Было что-то в этом противоестественное и ненормальное, но он ничего с этим не мог поделать: таких острых ощущений он больше не испытывал никогда. Даже несмотря на то, что почти детская попка Лили теперь была полностью в его распоряжении. Они дошли до такого уровня наслаждения ранее запретным плодом, что Лили все чаще сама проявляла инициативу, с удовольствием насаживаясь на его естество, и редкое соитие не переходило в запретную плоскость.

Но все это было в конечном счете не то: Игорь ловил себя на мысли, что жаждет испытать прошлые ощущения еще раз. Но предложить это своей маленькой Лили было выше его сил: он готов был выступать в роли благородного мужа, простившего своей любимой такой чудовищный проступок, но предстать перед ней в роли грязного извращенца, науськивая ее на очередной левак он никак не мог. Так и жили они в относительной гармонии, наслаждаясь новыми ощущениями от запретных соитий, стараясь забыть все свои старые прегрешения и выровнять семейный корабль, получивший в свое время пробоину и давший серьезный крен.

Личное знакомство Игоря со Степанычем состоялось примерно спустя две недели после описываемых событий: они столкнулись в подъезде, когда столяр с друзьями заносили какой-то громоздкий деревянный ящик на лестничную площадку, перекрыв тем самым Игорю возможность перемещения в пространстве — он оказался временно заперт вместе с ними на этаже.

— Здравствуй, сосед! — Степаныч заговорил первым, протискивая свой груз вдоль обшарпанной стены подъезда, — давай, подсоби, все равно из-за нас не выйдешь, — хохотнул он.

— Здравствуйте, э-э-э... Степаныч? — ответил Игорь, хватаясь за ящик, больше мешая столяру и его друзьям, нежели оказывая посильную помощь.

— Иван Степанович, — осклабился столяр, мотнув головой и стряхивая капельки пота, — можно просто Иван, — добавил он.

— Игорь, — представился Игорь, наконец уяснив для себя траекторию движения груза.

— Руслан, — весело сказал полноватый мужчина невысокого роста, в одиночку тащивший целую сторону ящика.

— А это Владимир, — Сказал Степаныч, — тыча пальцем на другого мужика, который хмуро кивнул, — мы сейчас заграничный аппарат занесем ко мне, — туманно пояснил Степаныч, — а потом обмоем это дело: можешь к нам присоединиться, — улыбнулся он.

— Нет, я на работу, — поспешно ответил Игорь, увидев, что доступ к выходу на улицу открыт, — спасибо за предложение, но, как-нибудь в другой раз!

— Тогда своей жене привет передавай: Лиля, кажется? — Степаныч недобро усмехнулся, — я тогда славно поработал над ее поп... Полочкой, — через паузу закончил он.

— Да-да, ее зовут Лилия, — ответил Игорь, и вдруг почувствовал, как его лицо заливает краска стыда, — спасибо, я передам.

— В моей работе главное, чтобы заказчику все понравилось, — от Степаныча не скрылись метаморфозы, которые претерпело лицо Игоря, и он удовлетворенно хмыкнул, — а хозяйке определенно понравилось, я это знаю точно, — Степаныч улыбнулся, и поправил свое хозяйство в штанах свободною рукой, — скажи ей, что мне тоже понравилось, — закончил он и подмигнул.

«Fаtаlity! — уныло подумал Игорь, проскальзывая между ящиком и стеной, и выходя на свежий воздух, — теперь этот старый хрыч сделал и меня!» Игорь почти уже добрался до автобусной остановки, как вдруг обнаружил, что забыл дома необходимые бумаги: он так торопился, что оставил папку с важными документами в прихожей. Постояв в нерешительности некоторое время, он чертыхнулся и быстрым шагом пошел обратно: шансы успеть на работу вовремя были практически равны нулю.

Вбежав в подъезд, Игорь, перешагивая через ступеньку помчался домой, и вдруг услышал сверху знакомый голос: это была Лили. Она с кем-то разговаривала, но слов было не разобрать. Игорь почему-то стал двигаться тише, медленно приближаясь к источнику звука, и весь превратившись в слух. «Ты из-за своей мнительности совсем съехал с катушек», — мысленно усмехнулся он, продолжая крадучись двигаться вдоль стены. Почти дойдя до своей лестничной площадки, он увидел жену, стоящую в коротких бриджах и футболке, которая смотрела куда-то наверх. В руке она держала пакет с мусором.

— Ну что, красавица, как жизнь молодая, половая? — вдруг услышал Игорь мужской голос, и у него екнуло сердце: это был Иван Степанович.

— Здравствуйте, Степаныч, — приветливо ответила Лилия, — все у нас хорошо! Игорь на работу ушел, и я тоже скоро буду собираться.

— А кем ты работаешь, Монгол Шуудан? — спросил Степаныч, и Игорю показалось, что его голос стал ближе.

— Вы так и будете меня теперь этим прозвищем называть? — засмеялась Лили, и поставила пакет на пол, — я преподаватель в школе английского языка при образовательном центре, — добавила она, и засунула руки в задние карманы брюк.

— Так ты полиглотка, как я погляжу, — сказал Степаныч, и его голос стал еще отчетливей.

— Почему? — весело спросила Лили.

— Ну как же, смотри, — и тут Игорь заметил появившегося с верхнего этажа Степаныча, который встал на лестничной площадке напротив его жены, и стал загибать пальцы: — Ты знаешь русский, корейский, э-э-э... монгольский, шууданский...

— Ну что вы! — рассмеялась Лилия, — шууданского языка вообще не существует! А из иностранных языков я лучше всего знаю английский!

— Стопэ! — вдруг воскликнул Степаныч, осаживая непонятно кого, — так ты знаешь английский?!

— Я же сказала вам, что преподаю английский язык, — все еще улыбаясь, ответила Лили.

— Значит, ты сможешь мне помочь? — утвердительно спросил Степаныч, убирая несуществующую пылинку с плеча Лили.

— В чем помочь? — переспросила Лили, и скрестила ноги.

— Я тут по случаю приобрел один импортный агрегат, — начал Степаныч, — мы его только что с корешами ко мне притащили, — он внимательно ощупывал взглядом ладную фигурку девушки, — это универсальный станок для столярных работ: я давно о таком мечтал!

— И... ? — спросила Лили, ежась под его похотливым взглядом.

— Дык, там понаписано все на английском языке, — Степаныч положил руку на талию Лили, — помоги с переводом, а то я в английском разбираюсь, как свинья в апельсинах, — подытожил он.

— Ну, дайте мне инструкцию, — неуверенно сказала Лилия, убирая руку Степаныча со своего бедра, — я попробую.

— Мне нечего тебе дать, кроме того, что ты уже получала, — осклабился Степаныч, и вдруг притянул к себе Лили, схватив ее за попку двумя руками. — Там вся инструкция нанесена на металлическую табличку, которая прикреплена сбоку станка: тебе надобно переводить прямо на месте, — закончил он, не выпуская добычу из своих рук.

— Прекратите меня тискать, — сказала Лили, вырываясь из объятий Степаныча, — это что же, для перевода я должна буду идти к вам домой, так что ли?

— Ну проще тебе прийти, чем мне станок к тебе в квартиру тащить, — ответил Степаныч, нехотя выпуская Лилю из рук, — он весит сто шестьдесят килограмм... Заодно я и твоим «станком» позанимаюсь, — добавил он, и неожиданно шлепнул Лили по ягодице.

— Знаете, что! Вы вообще уже... — Лили отшатнулась от Степаныча, и прижалась к стене, — совсем всякий стыд потеряли!

— Не, мой стыд всегда при мне, — улыбнулся Степаныч, и, взяв руку Лили, прижал ее к своему паху: — Помнишь, лапуля, как ебалась с этим хуем?

У Игоря все пересохло во рту. Он уже и думать забыл о своей работе: все его тайные помыслы и желания вспыхнули вновь. Он завелся с пол-оборота, мучительно гадая, как же поведет его жена в этой ситуации: Игорь совсем не хотел, чтобы все закончилось, так и не начавшись. Но он помнил горячие извинения Лили, что такое больше не повторится, и уже ни на что не надеялся.

— Степаныч, по-моему, ты совсем охуел, — сказала Лили, и Игорь аж подпрыгнул на месте: добиться от жены матного слова было делом практически невозможным. — Я, пожалуй, могла бы помочь тебе с переводом, но с одним условием...

Игорь плохо воспринимал на слух, что говорила его маленькая Лили — он во все глаза следил за тем, что она делала: его жена не убрала руку от промежности Степаныча, куда он ее пристроил самым наглым образом, а как будто сжала его мужское достоинство, отчего оно увеличилось в штанах до своих невероятных размеров.

— И что же это за условие? — Спросил Степаныч, грубо тиская грудки Лили.

— Вы не будете ко мне приставать! Ни дома, ни сейчас! — ответила Лили, и отодвинулась от Степаныча, шлепнув его по руке, — все осталось в прошлом и не стоит нам больше возвращаться к этому.

— Я тебе обещаю, что не трону, — ответил Степаныч таким тоном, что ему не поверил не только Игорь, но, наверняка, и сама Лили.

— А сейчас пустите меня, мне давно уже пора собираться на работу, — сказала Лили и нагнулась, подхватив мешок с мусором.

— Приходи в шесть часов ко мне домой, — сказал Степаныч, и посторонился, освобождая ей проход, — ты не пожалеешь, — вдруг добавил он.

— Прекратите, Степаныч, мы же договорились, — с нотками усталости ответила Лили.

— Так придешь? — уточнил Степаныч.

— Приду, — быстро ответила Лили, и пошла вниз с мусорным пакетом.

— Буду ждать, тебя, Лилия! — крикнул Степаныч ей вслед, и она вздрогнула.

Игорь развернулся, и бросился через три ступеньки вниз. «Еще не хватало, чтобы меня здесь застукала моя собственная жена», — лихорадочно думал он, покидая двор тайными партизанскими тропами на крейсерской скорости. «Как-нибудь отбрешусь на работе по поводу документов», — думал он, выскакивая на улицу и высматривая свободное такси — так он еще на опаздывал на работу никогда.

В офис он проник на удивление незамеченным, но это заботило его теперь меньше всего: его Лиля ответила «Приду» этому старому хрычу! Игорь то нервно ходил по кабинету, то присаживался в нетерпении за рабочий стол. «Ведь совершенно очевидно, что там переводом дело не ограничится... Если вообще будет что переводить: придумал еще станок какой-то... Стоп! Я же сам помогал его тащить», — мысли наплывали друг на друга и не давали сосредоточиться. «А она — тоже хороша! Верная жена, называется! Будто не понятно, чего он хочет от нее... И ведь согласилась же, несмотря ни на что!»

Игорь только сейчас заметил, что он нарисовал «на автомате»: посередине титульного листа его квартального отчета красовался огромный жилистый хуй.

— Решил забить на него? — раздался вкрадчивый голос за его спиной, и Игорь испуганно обернулся: рядом с его столом стоял приятель, который частенько делился с ним своими похождениями — с женой и без.

— На кого? — Игорь в недоумении уставился на коллегу.

— На отчет, — кивнул сослуживец на похабную зарисовку, иллюстрирующую главную страницу документа, — ты с таким остервенением вырисовывал елдак, что это не могло остаться незамеченным!

— Нет-нет, дело не в этом, — ответил Игорь, перевернув документ, — просто понимаешь... — И вдруг Игорю отчаянно захотелось с кем-нибудь поделиться своей проблемой, и этот приятель показался ему самой подходящей кандидатурой, — мне кажется, что моя жена собирается мне изменить.

Сослуживец встал и с серьезным видом протянул ему руку. Игорь пожал ее и вопросительно посмотрел на коллегу.

— Добро пожаловать в клуб, приятель! — с чувством провозгласил он, и, видя недоуменное выражение лица Игоря, добавил: — В клуб рогоносцев, конечно! — И похлопал Игоря по плечу, — это только первый раз сильно переживаешь, а потом...

— Втягиваешься, что ли? — горько улыбнулся Игорь, и вышел из кабинета: ему расхотелось продолжать дискуссию на эту тему.

Но кроме грустных мыслей его переполняло яркое чувство, которое он испытал тогда, спрятавшись в шкафу, и наблюдая за прелюбодеянием своей Лили. Не такое же сильное, конечно, но даже сама возможность, само ожидание этого уже заставляло каменеть его орган в штанах. Только на этот раз все было куда сложнее: судьба предоставляла ему еще один шанс для тайного наслаждения, а он никак не мог сообразить, как им воспользоваться. Игорь перебрал все возможные альтернативы, включая самую абсурдную: пригласить к себе домой Степаныча вместе с его универсальным станком, и установить его напротив шкафа.

Но это был, конечно, не вариант, и Игорь с горечью подумал, что ему придется полагаться на этот раз только на случай. Но и это было еще только полбеды: он работал до 18.00 часов, поэтому никак не успевал к увертюре этого порно-балета — даже если бы он придумал, как достать билет на первый ряд. Игорь даже не заметил, что стал грызть ногти: из далекого детства к нему внезапно вернулась его забытая привычка.

Весь рабочий день он провел словно на иголках, и уже собрался позвонить жене, чтобы под благовидным предлогом отменить ее внеклассный урок по инязу, как вдруг судьба-индейка повернулась, наконец, к нему своей куриной жопкой: ровно в пять минут пятого вечера его вызвал к себе начальник, и попросил отвезти какие-то бумаги в министерство — что-то у него там случилось не то с курьером, не то со служебной машиной.

Игорь схватил папку с документами, и вне себя от радости помчался выполнять поручение начальника: у него появился шанс оказаться в непосредственной близости от места преступления на сексуальной почве, и если он очень постарается, то и стать свидетелем происходящего. «Это знак!» — ликовал Игорь, лавируя между нескончаемым потоком людей в министерском вестибюле: складывалось такое ощущение, что весь город пришел к высоким чинам с челобитной.

Дома он оказался без пятнадцати шесть, столкнувшись с женой в прихожей: судя по всему, она уже была готова пасть жертвой обстоятельств. На ней были надеты старые джинсовые шортики, в которых она привыкла находиться дома, и розовый топик на тоненьких бретельках. Воспаленный от ревности мозг Игоря представил себе яркую картинку, на которой его жена вместе со Степанычем... Во время перевода инструкции станка для столярных работ... И тут Игорь заметил, что его супруга не просто собралась помогать с английским, а реально подготовилась к встрече с соседом: она была накрашена. Глаза, губы, легкий румянец на щеках — она выглядела просто великолепно!

Лили явно ждала продолжения той горячей ебли.

Поскольку Игорь не был официально «посвящен» в её планы на вечер, ему даже стало интересно, как его жена объяснит ему эту боевую раскраску и свою скорую отлучку. «Наверняка ей надо будет срочно съездить к подруге», — язвительно подумал он и чмокнул жену. Потом разделся и прошел на кухню: его колотило от всего происходящего.

— Есть будешь? — спросила Лиля будничным голосом, входя за ним следом.

— Да, я голоден, как волк! — честно признался он, только сейчас вспомнив, что из-за этих треволнений забыл пообедать на работе.

Она загремела тарелками, а он сидел на табуретке, как натянутая струна. Он ждал. Лиля подала ему ужин, налила чаю, и села напротив — как ни в чем ни бывало. Просто смотрела на него как он ест, и молчала. Игорь не выдержал первым.

— Куда намылилась? — спросил он, стараясь говорить, как можно непринужденнее, — к подруге?

— Нет, к соседу сверху, — спокойно ответила Лилия, и Игорь поперхнулся котлетой.

Он закашлялся до слёз, и пока она не стукнула ему по спине пару раз, все никак не мог отдышаться.

— Спасибо, — буркнул он, вытирая глаза, — чуть не сдох от твоих котлет.

— Мои котлеты тут не причем, — улыбаясь, ответила Лиля, — просто не надо торопиться и так жадно есть: вон их еще целая миска стоит.

— Ты говорила что-то насчет соседа, — Игорь вернулся на больную тему.

— Только то, что я иду к нему, — спокойно ответила она, — он попросил помочь ему с переводом.

— А откуда Степаныч знает, что ты владеешь английским?

— А откуда ты знаешь, что я иду к Степанычу?

Некоторое время супруги молча смотрели друг на друга. В какое-то мгновение Игорю показалось, что жена догадалась о его греховных мыслях: ее щеки порозовели, и она потупила глаза. А может это был просто румянец, который она нанесла себе на лицо перед выходом?

— Ты же сказала, что идешь к соседу сверху, — начал выкручиваться Игорь, — ты знаешь еще кого-нибудь наверху кроме Степаныча?

— Нет, — после некоторого раздумья ответила Лили.

— Ну вот! Не боишься идти к нему одна? — спросил он ее в лоб.

— Нет, — повторила, она.

— Ты немногословна, — заметил Игорь, переходя к десерту.

— Зато ты уже наговорил лишнего, — Лилия встала из-за стола, — мы, по-моему, решили с тобой больше к этой теме не возвращаться.

— Помощь не нужна? — не удержался Игорь, и отвел глаза в сторону.

— Справлюсь, — сухо ответила Лиля, и направилась в прихожую, — я ненадолго, — добавила она, закрывая за собой входную дверь.

«Останови ее!» — взорвался яростный голос в голове, и Игорь дернулся по направлению к прихожей. «Как же мне попасть туда и увидеть все собственными глазами?» — заговорил другой, и Игорь схватился за голову: разрешение этой дилеммы было почище, чем разгадка теоремы Ферма.

← К рассказам
Оцените рассказ