Мемуары Марата: Родственница
Мы с Дианой ехали в гости, и опаздывали уже на два часа. Я задержался на встрече с китайским инвестором, который всерьёз собирался завозить в наш город свою «Made in China» продукцию. Жена заметно нервничала — это были её родственники, и она всё время бросала на меня недовольные взгляды. Я молча кивал, прибавлял газ и думал только об одном: скорее бы этот день закончился.
Мне тридцать шесть. Зовут Марат. Рост 185, спортивное телосложение — остатки былой формы чемпиона республики по дзюдо и призёра мира. Пресс на животе уже нет, зато есть сила и выносливость, которой мне до сих пор хватает с лихвой. После двадцати пяти я завязал со спортом, занялся строительством, и к сегодняшнему дню у меня уже своя компания с техникой, штатом и оборотом около десяти миллионов долларов в год. Не олигарх, но жить могу красиво: хорошие машины, большой дом, путешествия и дорогие подарки для жены.
Главное моё достоинство, как любит повторять Диана и те женщины, что когда-то были близки, — вовсе не размер. Мой член довольно скромный — пятнадцать сантиметров длиной и примерно три см в обхвате, как небольшой банан. Зато я могу работать им очень долго, почти не уставая, и он стоит у меня почти всегда, когда нужно. Именно это женщины запоминают надолго.
Диану, мою жену, зовут... нет, о ней я расскажу в другой раз. Сегодня история не про неё.
Дом родственников стоял в пригороде. Дорога была ещё не асфальтирована, но мой джип легко проглотил все кочки. Участок небольшой — всего пять соток, зато ухожен до совершенства: ландшафтный дизайнер явно поработал на славу. Цветы, карликовые деревья, ровный газон, кусты — всё дышало уютом и достатком.
Гостей было много: братья Дианы с жёнами, сёстры с мужьями, ещё неженатая и незамужняя молодёжь. Компания шумела, смеялась, пила. Меня здесь любили и уважали. Я был самым успешным в этой большой семье, много путешествовал, много читал, умел найти общий язык с кем угодно. Меня усадили за стол, как почётного гостя, и сразу начали пытаться накормить до отвала.
— Давай сто грамм, Марат! Холодная, — протянул Жека, двоюродный брат жены, с привычной нахальной улыбкой.
— Спасибо, Жека, но я не пью, — спокойно ответил я.
— Ну по одной! Всего одну стопочку...
— Ты же знаешь, я не пью, — отрезал я уже жёстче.
Он наконец отстал и пошёл «обрабатывать» остальных. Диана ушла с сёстрами в другую комнату шептаться о своём. Мужчины потянулись курить во двор, в беседку.
Я продолжал есть шашлык, когда меня окликнул знакомый весёлый голос:
— Дядя Марат, как дела?
Я поднял глаза и улыбнулся:
— О, Ринат! Сколько зим, сколько лет!
Ринату было около двадцати четырёх. Двоюродный брат Дианы, парень с головой, недавно открыл своё дело в логистике и уже начал подниматься.
— Что ты тут один скучаешь? Пойдём наверх, посидим, покурим нормальные сигары, — предложил он с едва заметной гордостью.
Я с радостью согласился. Наверху было явно интереснее, чем слушать пьяные разговоры внизу.
Мы поднялись на второй этаж, прошли через спальню и вышли на крытую лоджию-террасу. Место было обставлено с большим вкусом: мягкие диванчики, низкий журнальный столик, приглушённый свет, немного зелени. Атмосфера сразу казалась интимной.
Там уже сидели двое молодых: парень лет двадцати трёх, и девушка примерно того же возраста.
— Это мой троюродный брат Максат, можно просто Макс, мы вместе работаем, — представил Ринат.
Макс уважительно пожал мне руку и слегка поклонился.
— А это Альбина, моя сестрёнка по материнской линии.
Когда Альбина протянула мне руку, она задержала её в моей ладони чуть дольше, чем нужно, и посмотрела прямо в глаза. Я сразу почувствовал этот взгляд.
Ринат достал хороший виски, сигары, включил тихую музыку. Разговор потёк легко. Я рассказывал про свои поездки, про бизнес, про учёбу в MBA. Всё это время я то и дело ловил на себе взгляд Альбины. Она не отводила глаз.
Альбина была из тех девушек, которых сначала не замечаешь в толпе, а потом уже не можешь отвести взгляд.
Ей было двадцать два. Миниатюрная — ростом едва ли метр шестьдесят, тонкая, почти хрупкая на вид. Но эта хрупкость обманывала. В ней чувствовалась упругая, кошачья сила, как у молодой пантеры, ещё не научившейся прятать когти.
Кожа очень светлая, почти фарфоровая, с лёгким холодным подтоном, отчего она казалась ещё более контрастной рядом со своими смуглыми родственниками. Чёрные прямые волосы до лопаток, обычно собранные в небрежный хвост или низкий пучок, из которого всегда выбивалось несколько тонких прядей, падавших на лицо. Лицо узкое, скулы высокие, подбородок острый. Губы тонкие, но очень выразительные — когда она улыбалась, в уголках рта появлялись маленькие дерзкие ямочки.
А вот глаза... глаза были главным оружием.
Большие, чёрные, с тяжёлыми веками и характерным восточным разрезом. Когда она смотрела на тебя, казалось, что она уже видит тебя голым и решает, как именно сегодня будет тебя использовать. В них одновременно жили невинность и похоть, стыд и наглость. Один взгляд – и ты понимал: эта девочка знает, чего хочет, и умеет это брать.
Фигура у неё была мальчишеско-женственной. Узкие плечи, тонкая талия, которую можно было обхватить двумя ладонями. Грудь маленькая – первый размер, почти подростковая, но соски, как я позже узнал, были тёмные и очень чувствительные, мгновенно твердеющие от малейшего прикосновения. Живот плоский, с едва заметной ложбинкой. Бёдра хоть и не широкие, но крепкие, с красивой линией. А попа — маленькая, упругая, идеально круглая, как два спелых персика. Когда она шла, эта попка слегка покачивалась с дерзкой уверенностью.
В тот вечер на ней была тонкая белая блузка из полупрозрачного шёлка. Под ней явно не было бюстгальтера — тёмные кружочки сосков слегка просвечивали сквозь ткань, особенно когда она наклонялась вперёд, чтобы взять бокал. Широкие тёмные брюки свободно сидели на бёдрах, но когда она садилась, ткань обтягивала её так, что я невольно представлял, как легко будет стянуть их вниз одним движением.
Она почти не красилась — только лёгкая тушь и прозрачный блеск на губах. Зато от неё едва уловимо пахло чем-то сладко-мускусным: ваниль, сандал и что-то глубоко женское, животное. Этот запах смешивался с ароматом виски и сигарного дыма и действовал сильнее любого афродизиака.
Но самое главное в Альбине было не тело, а энергия.
Она излучала сексуальный голод. Не пошлый, не вульгарный — а именно голод молодой самки, которая уже попробовала секс и поняла, что хочет больше, глубже, жёстче. Она не стеснялась смотреть мне в глаза долго, не отводя взгляда. Когда смеялась, слегка прикусывала нижнюю губу. Когда слушала, наклонялась ближе, будто хотела вдохнуть меня.
И самое опасное — она была умна. Не просто «умная девочка», а та, которая точно знает, как использовать свою молодость и свою похоть как оружие. Она уже успела развестись, переспать с женатым мужчиной, с «альфачом» в барсетке и даже с бисексуалом. И теперь явно искала следующую ступень.
Мужчину, который старше, опытнее, сильнее. Мужчину, который сможет её не просто трахнуть, а сломать и собрать заново.
И в тот вечер на террасе она уже выбрала кандидата.
Меня.
И вдруг она, глядя мне прямо в глаза, выпалила с вызовом:
— А у Вас был секс со взрослой женщиной, которая старше вас на десять лет?
— Нет, не припомню, — спокойно ответил я, уже прекрасно понимая, куда она клонит.
Альбина улыбнулась медленно, по-кошачьи, и тихо, но очень отчётливо произнесла:
— А мне нравятся мужчины... повзрослее.
Это уже был не намёк. Это было прямое предложение.
И мы оба поняли, что поняли друг друга.
Прошло две недели.
Знойный июль был в самом разгаре. Воздух дрожал от жары, асфальт плавился под колёсами, и я отчаянно мечтал о прохладном море. Но вместо Испанской Ривьеры мне предстояло провожать семью в аэропорт.
Я вёз Диану с детьми на летние каникулы. Для них я снял красивый коттедж прямо на берегу, с видом на Средиземное море. Сам должен был присоединиться через неделю — неотложные дела по строительству не отпускали. Субподрядчики, сроки, миллион мелочей, которые нельзя было доверить никому.
На входе в аэропорт телефон тихо вибрировал в кармане. Незнакомый номер. Короткое сообщение:
«Куда и когда?»
Я сразу понял, от кого оно. Улыбнулся уголком губ, но отвечать не стал. Не сейчас.
Посадил жену и детей, поцеловал на прощание, дождался, пока они пройдут контроль. Только после этого сел в машину и поехал на встречу с субподрядчиками. Весь день я был занят: ставил задачи на месяц вперёд, жёстко выстраивал график, подписывал бумаги. О сообщении Альбины я почти не думал. Всё и так было предельно ясно — молодая девочка хотела новых, острых эмоций. А я не собирался торопить события.
Вечером, уже ближе к семи, я всё-таки ответил. Коротко и сухо, через WhatsApp:
«Отель Hilton. 2 этаж. Ресторан Stuva. Столик на имя Марата. 20:00».
Отправил и положил телефон экраном вниз.