Юми ушатала меня часам к двум ночи и я уснул на ней после очередного оргазма. Как она выползла из под меня, я не представляю, но на подушке лежали ее трусики с нарисованным помадой сердечком и номером 145, в качестве визитки.
Я достал телефон и открыл галерею. Полюбовался на фотографию улыбающейся Юми со струйкой вытекающей спермы и....
Чёрт, надо что-то делать с утренним стояком. Надо позвонить на ресепшен и вызвать..... А что это за шум в гостиной? - я встал с кровати, выглянул в холл и....
Я стоял голый, с пульсирующим членом, смотрящим в потолок и смотрел на это чудо. А чудо отвлеклось от уборки номера, взглянуло на меня, сделало книксен, хихикнуло и отвело глаза.
А, хрен с ним, с завтраком! - мысленно плюнул я. - Дома пельменей наемся! - и подошёл к ней, как будто боялся спугнуть наваждение. Протянул руку, провёл по волосам, поправил рюшечку на плече и прочитал имя на значке: - Сумико 211.
— Суми. - снова коротко поклонилось чудо и, опять хихикнув, уставилось на мой член из под пушистых ресниц, теребя край юбочки и как будто решая, задрать её или натянуть пониже. Всё же, решившись, Суми чуть приподняла край юбочки, показав трусики с вишенками и снова хихикнула.
Я представил, что можно сделать с этим чудом, но в то же время понимал, что скоро за мной заедет Ваня и стал, с сожалением, мысленно вычёркивать из списка "не самые важные" пункты: - "Долгое знакомство и петтинг" - сразу нафиг, "миньет" - хрен с ним, обойдусь, фейсситинг и куни - десять минут" - ААААА, нет, сократим до пяти, "вставить по самые помидоры" - оставляем. Что ещё осталось? А, анальный секс! Как я мог забыть!
Я с тоской в глазах посмотрел на Суми и, международным жестом, показал на запястье, где должны быть часы. Суми неподдельно расстроилась и заморгала длинными ресничками. А я встал на колени и, взявшись за её попку, сунул нос ей в промежность, втягивая аромат чистого белья. Затем опустился ниже и, подцепив носом край юбочки, стал толкать его наверх пока не почувствовал, что коснулся носом трусиков. Опять втянул аромат. Мммм! Сказка! - одновременно мял я её круглую попку. Суми поставила одну ножку на рядом стоящий, низкий журнальный столик, облегчив мне доступ к её трусикам и я начал водить носом и целовать сквозь трусики её киску. Суми постанывала тоненьким голосом и периодически вздрагивала, когда я касался каких-то ее чувствительных точек, накрыв мою голову краем юбочки. Таким образом отдав дань традициям японского секса я, через пару минут, сдвинул трусики в сторону и впился в волосатенькую пиздёнку Суми.
Кстати, я считаю, что зря наши красавицы в большинстве своем бреют киски, делая их на одно "лицо". Ведь это ещё один способ показать свою индивидуальность. У одной волосики рыжие, у другой светлые, у третьей чёрные. У одной буйные заросли, у второй аккуратный ёршик, у третьей мелкие кучеряшки. Я уже не говорю про большое множество вариантов стрижек. Вот в Европе уже начали возвращаться к натуральности, а тут и не уходили. Вот и здесь, если у Юми был смешной ирокез, то у Суми редкие короткие кучеряшки, сквозь которые просвечивала коричневая пигментированная кожа промежности.
Обо всем об этом я думал, наяривая языком в пиздёнке Суми, наслаждаясь её вкусом и слушая её жалобные стоны. Через пару минут, с большим сожалением оторвавшись от этого занятия, я встал, наклонил Суми вперёд, задрал ее юбочку и приспустил трусики до колен. Поводил головкой по раскрывшимся губкам и мягко толкнулся внутрь, под крики Суми, проваливаясь в её горячее лоно. Замер на несколько секунд, пытаясь осознать, что ебу уже вторую японку, и начал качать бёдрами, преодолевая сопротивление тугого влагалища.
Боже мой! Как хорошо! - закатил я глаза в потолок, звонко шлепая животом о маленькую попку, по которой расходилась скромная волна, заставляющая вздрагивать ягодицы и ляжки. - Спасибо тебе!
Я размашисто ебал пиздёнку Суми, а сам уже любовался её жопной дырочкой, сжимающейся, когда я входил и немного открывающейся, когда выходил из неё. Всунув, с очередным толчком во влагалище, вместе с членом ещё и большой палец, я смазал его и стал, круговыми движениями, массировать её попочку, постепенно проталкивая его внутрь. Суми тоненько подвывала-поскуливала в такт толчкам и мотала головой, как бы говоря: - нет! Нет.
Хотя она что-то и говорила. Может и это. Но это была часть игры. Видимо самураям нравилось брать юных дев именно насилием, а в наше время это переросло в такую сексуальную традицию.
Я уже во всю наяривал в её жопе большим пальцем, одновременно трахая ее, как вдруг раздался телефонный звонок:
Твоюж мать.... Как не вовремя! - пытался я быстро кончить, вгоняя в японскую пиздёнку свой член. Звонок не замолкал! Чёрт! - плюнул я, вышел из Суми и потащил её в спальню, где бросил на кровать, а сам взял телефон:
— Алё! - запыхавшимся голосом ответил я.
— Ты ещё трудишься, как я погляжу!? Выходи, я подъезжаю.
— Окей, окей! Дай мне пять минут. Десять! Я сейчас... Быстро! - и бросил трубку.
— Цигель, Цигель, ай лю лю. - торопливо перевернул я Суми на животик, сам лёг сверху, придавив её и ногами раздвинув её ноги. Приставил головку к чёрному входу и надавил, с радостью почувствовав, что проваливаюсь в эту маленькую жопку. Суми приняла меня со стоном и мотанием головы: - типа. Нет, нет, только не в жопу! Но я уже начал ебать ее, всё ускоряясь. Она сначала сжимала ягодички отчего на них образовывались милые ямочки, а потом наоборот, расслабилась и маленькими ладошками раздвигала свою оттопыренную попку. И всё это под аккомпанемент повизгиваний и постанываний, перемежающихся японской речью жалобным голоском.
Чёрт, когда хочешь кончить, - наоборот никак. Я уже думал, кровать развалится или сотрусь до кох-и-нора, как вдруг почувствовал.,. . вот яйца подтянулись к телу. .., вот головка стала ещё больше и чувствительней и стала распирать Суми изнутри, ощущая каждую неровность внутри ее попки. Скорость достигла предела и...., я замер, расплющив ее попку. .., секундная пауза...,,, Кхммммм. ... КХМММмм.,. . Даааа!!! Стал я изливаться в ее попочку, сотрясаясь всем телом.