Большая просторная комната была залита тусклым красноватым светом от светодиодов, расклеенных одной сплошной длинной лентой вдоль всех стен. Пара окон и дверь были плотно закрыты и зашторены, но небольшой кондиционер в углу не давал умирать от жары и духоты, хотя это слабо помогало тем троим, что разместились на большой кровати. Тихие стоны и хлюпающие звуки были слышны чуть сильней постоянного гудения кондиционера, но моментами они становились то громче, то вовсе затихали.
В этот раз они затихли.
Джейк открыл глаза. Зеленые, мутные, они с трудом фокусировались на окружающем. Тело ломило, задница горела огнем, изо рта тянулся тонкий след слюны, смешанной с чем-то густым и белым. Он лежал на животе, раскинув руки, и пытался понять, который сейчас час. День? Ночь? Какая разница.
Футы спали.
Он повернул голову и увидел их. Две женщины — или то, чем они стали — лежали по бокам от него, обнаженные, тяжело дышащие во сне. Их тела блестели от пота, груди тяжело вздымались, члены — огромные, даже в расслабленном состоянии внушающие ужас — покоились на простынях, с которых все еще капало.
Он заставил себя сесть. Каждое движение давалось с трудом, мышцы ныли, в голове шумело. Но он знал: пока они спят, у него есть время. Немного времени, чтобы прийти в себя, поесть, помыться.
Он сполз с кровати, стараясь не шуметь. Ноги подкосились, пришлось ухватиться за край. Постоял, пережидая головокружение. Потом, стараясь ступать бесшумно, побрел в ванную.