Тихаяполка.
← Вернуться к каталогу

Череда дней. Спустя годы. Уборка

◉ 2 просмотров
Категории
Размер
18 px

Предисловие:

Хочу предупредить тех кому понравилось читать рассказы из этой серии. Секса в этой истории ноль. Она в какой-то степени раскрывает прошлое главной героини. Прошу не ассоциировать ее со мной, хоть и написан текст от первого лица. К написанию подтолкнули комментарии к последнему опубликованному в этой серии рассказу. И в какой-то степени жаркая дискуссия на тему женской измены в комментариях под публикацией перевода "Семь смертных грехов. Апатия" в исполнении JFC, в которой я приняла участие. Не люблю тему измен, но настроение видимо сейчас такое, поэтому решила все-таки поведать Вам историю развода моей героини. Приятного прочтения тем, кто заинтересуется! И заранее спасибо за комментарии и оценки тем, кого тронет данная история. За критику отдельное спасибо!)

- Мам?! А это что за коробка? - голос дочери вырвал меня из раздумий.

С минуту еще смотрела в только что вымытое и натертое до блеска окно, а потом повернулась, чтобы взглянуть, что именно Наташка извлекла из недр моего набитого до отказа шкафа.

Решение провести генеральную уборку и выбросить или раздать весь тот завал ненужных вещей, хранящихся в доме долгие годы, стало следствием двухчасового поиска моего ИНН во всех мыслимых и не мыслимых местах.

До того дня, неделю назад, я была твердо убеждена, что все документы хранятся в специально отведенной для них папке. Поиски заставили меня понервничать, а отрицательный их результат привел к посещению налоговой с целью восстановления утраченного непонятно когда документа.

Вообще-то, всякого рода неприятные коллизии, связанные с различными бумагами, преследуют меня с подросткового возраста. Но это долго рассказывать.

Сейчас я смотрела на видавшую виды обувную коробку, которую моя взрослая дочь, вызвавшаяся помочь в уборке, водрузила на заправленную пледом постель.

— Архив. Письма, фото, открытки, дневники. Все, что напоминает о детстве и юности, - проговорила я тихо, с грустной полуулыбкой.

— Да? А почему я никогда их не видела? Большие миндалевидные серо-голубые глаза дочери загорелись азартным огнём предвкушения.

Она с детства любит рассматривать семейные фотоальбомы и слушать воспоминания старших родственников. Я, признаться, не люблю делиться пережитым. Наверное, вследствие того, что не нахожу в своем прошлом того, о чем могла бы с радостью пооткровенничать с дочерью.

— Там ничего особо интересного нет, дочь. Но если тебе любопытно, можешь посмотреть, - неохотно согласилась, зная, что она всё равно не отстанет.

Оставила дочь ковыряться в коробке, а сама принялась перебирать вещи, сваленные в кучу на матрасе.

Запихивая в большие мусорные пакеты практически не ношеную одежду, мысленно задавалась вопросом: на хрена я все это хранила? Память?

Сейчас невольно вспоминала события минувших лет, которые были связаны с этими вещами. Когда и по какому случаю были куплены эти платья и костюмы. Свадьба двоюродной сестры мужа. Десятая годовщина свадьбы. А этот сарафан я покупала в Феодосии во время нашего последнего совместного отпуска с бывшим мужем. Мечты вернуть прежнюю форму, чтобы продолжить их носить, увы, так и остались мечтами.

Время от времени бросала взгляд на дочку, которая увлеченно извлекала на свет божий и разглядывала мои детские, подростковые и более поздние фото. Их было мало. Никогда не любила фотографироваться. Считала себя нефотогеничной.

— Классная фотка! Дочь продемонстрировала мне карточку, где я была запечатлена в полный рост.

Этот снимок был сделан в фотоателье в возрасте восемнадцати лет. Тогда в моем окружении не у многих были фотоаппараты, и приходилось обращаться к услугам профессионалов, чтобы запечатлеть свой образ.

С фото на меня смотрела симпатичная девушка с неброским макияжем и распущенными темно-русыми вьющимися волосами до середины спины. Шелковая черная блузка с рюшами, короткая черная юбка выгодно подчеркивали мою весьма соблазнительную фигурку. Стройные ножки обтягивали дефицитные в то время капроновые колготки с рисунком, а высокие сапоги на шпильке добавляли им длины.

Сапоги были мамины. Итальянские, добытые с базы по большому блату. Потому что у моей тети по материнской линии муж был первым секретарем райкома партии и она вовсю этим пользовалась. Роскошь неимоверная по тем временам.

Я печально улыбнулась. По-моему, сейчас во мне сложно признать ту девушку.

— Ничего особенного, дочь. Хотя тогда была другая мода и большинство предпочитали фотографироваться сидя.

— Вот вечно ты себя принижаешь, мам, - дочка, нахмурившись, посмотрела на меня, - И замуж зря второй раз не вышла.

— А тебе так хотелось, чтобы в дополнение к мачехе у тебя еще и отчим нарисовался - я невесело усмехнулась. - Брось! Мне и одной хорошо живется.

— Ага! А я, между прочим, между вами двумя разорваться не смогу в случае чего.

— Не начинай! На крайняк сдашь в дом престарелых, - неловко пошутила, не желая развивать тему. - Кофе будешь?

Не дожидаясь ответа, ушла на кухню ставить чайник.

← К рассказам
Оцените рассказ